Адресная книга детской литературы
5 февраля 2024 669

Сто лет назад, в 1920-е годы, в Ленинграде были опубликованы книги Николая Анцыферова «Непостижимый Петербург» и «Душа Петербурга». В них впервые было представлено исследование того феномена, который впоследствии получил название «петербургского текста» русской литературы. В начале XXI века филологи, культурологи, краеведы пишут и говорят о самых разных «локальных текстах»: уральском и крымском, дальневосточном и пермском, сибирском и северном… Эти статьи и книги находятся на стыке чтения и путешествия, литературы и географии, миров воображаемых и реальных.

Я увлеклась этой темой еще в 1990-е годы и собрала с тех пор внушительную коллекцию материалов, которым трудно подобрать общее название. Литературное краеведение, литературные атласы и карты, книжные путешествия? Наверное, дело не в терминах. Меня завораживает, как реальность, сочиненная писателем, ложится на карты городов, регионов, стран и континентов – и как реальное пространство вдохновляет писателя на создание иного топоса. Как и почему автор выбирает из сотен улиц именно эту и селит на ней своего героя? Меняется ли что-то в понимании текста, если его действие перенести в другой город? Метафизика пространства, проявленная в художественных произведениях – вот, наверное, главный объект моего интереса.

В этой статье представлены те «литературные карты реальных пространств», которые имеют отношение к детской литературе – текстам и их авторам.

«Педаль сцепления с реальностью»: Скандинавия
Под таким необычным названием в социальных сетях уже несколько лет работает сообщество единомышленников, увлеченных исследованием и составлением «адресных книг» знаменитых текстов. Литературно-географический проект объединяет «путешествующих книгочеев», которые соотносят книги и карты. В 2017 году в издательстве «Livebook» вышел сборник материалов руководителя проекта Николая Горбунова «Дом на хвосте паровоза»: путеводитель по Европе в сказках Андерсена. В нем подробнейшим образом реконструируются европейские маршруты Ханса Кристиана Андерсена и его героев – 6 стран, 47 городов, виртуальные маршруты. За прошедшие годы участники сообщества создали карты Финляндии Мумми-троллей, Швеции Сельмы Лагерлёф (статьи и ссылки опубликованы на сайте euro-pulse.ru).

Андерсен не случайно стал героем отдельной книги, ведь он, вероятно, самый путешествующий писатель своего времени. Он совершил более 30 только заграничных поездок длительностью в несколько месяцев – и это не считая путешествий по Дании! «Я люблю путешествовать совсем не ради того, чтобы искать материал для творчества, – писал сам Андерсен. – Я черпаю идеи и образы в собственной душе, и даже жизни не хватит, чтобы исчерпать этот богатый источник. Но для того, чтобы переносить всё это богатство на бумагу, нужны известная свежесть, бодрость духа, а ими-то я и запасаюсь во время путешествий».

Автор книги «Дом на хвосте паровоза» сначала прочертил на карте и проанализировал все маршруты андерсеновских сказок, а затем отправился в экспедиции. В итоге мы получили великолепные отчеты о тех местах, где разворачивается действие «Огнива», «Иба и Христиночки», «Под ивой» и многих других сказок Андерсена. Признаться, читать их иногда даже более увлекательно, чем сами сказки.

В статьях Н. Горбунова и постах группы «Педаль сцепления с реальностью» литературные адреса нанесены на гугл-карты. Это позволяет не только узнать географические координаты гостиницы в Вестра Вемменхег, где начинает свое путешествие с дикими гусями мальчик Нильс, но и увидеть современные панорамы этого места.

           Gostinica Nilsa 1

         Mumi dom

Статьи:
Маршрут сказки «Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями»
Маршруты мумми-троллей

 

Литературная карта Парижа
Совсем иначе устроена книга Дидье Блонда «Адресная книга вымышленных литературных персонажей». Автор скрупулезно выписал все парижские адреса, которые встречались ему в классических французских текстах, и «привязал» их к карте. Оглавление книги – это алфавит, вот только внутри каждой буквы не названия улиц, а имена литературных героев, их краткие описания и список их адресов.

Интерес Дидье Блонда к литературной карте Парижа начался в 12 лет, когда он читал детективные истории Мориса Леблана про джентльмена-грабителя Арсена Люпена (они изданы и в России). Там ему попался точный адрес склада краденого – улица Шарли Лаффита, 95. Это был дом в нескольких шагах от квартиры юного читателя. «Я оторопел, всё внутри перевернулось. Никогда не забуду, как в тот момент кругом пошла голова. То ли моя жизнь вдруг провалилась в вымышленный мир, то ли воображаемое пробилось в мою действительность – миры просачивались друг в друга. Значит, всё правда, всё происходит здесь и сейчас. Чтобы убедиться в этом, хватило одного-единственного адреса».

В итоге своих многолетних литературно-топографических расследований (почти детективных!) Блонд совершил немало открытий – и в филологии, и в краеведении. Оказалось, что некоторые адреса будто «мёдом намазаны»: в разные годы разные авторы поселяют своих героев в ни чем не примечательных доходных домах. Это своеобразные дома-палимпсесты, где сквозь один текст проступает другой, более древний. И только внимательный наблюдатель поймет, что интертекстуальные связи могут появляться не только в сюжетах или метафорах, но и в адресах. Есть персонажи неуловимые. Есть такие, чьи ежедневные маршруты можно выстроить буквально по часам. Адреса героев Дюма, Гюго, Стендаля, Флобера, Пруста и многих других писателей включены в парижский путеводитель, гулять с которым по Парижу можно и дома – ведь многих зданий уже не существует.

 

Петербург/Ленинград – писатели и тексты
В центре проекта «Педаль сцепления с реальностью» стоит литературное произведение. Для Дидье Блонда и его адресной книги первостепенное значение имеет литературный персонаж. А вот для двух проектов про Ленинград главным оказывается автор – именно его фигура объединяет и одушевляет городские адреса.

Музей Анны Ахматовой в Фонтанном доме создал виртуальную карту «Я тут был» (ятутбыл.рф). Все желающие из любой точки планеты имеют возможность пройти ленинградские маршруты семьи Чуковских, Даниила Хармса, Иосифа Бродского. Сайт отличается прекрасным дизайном, точной локализацией адреса на карте, содержательной справкой по каждому адресу, которая акцентирует связь места с творчеством писателя.

В проект есть несколько точек входа: «Личность», «Эпоха», «Тема», «Улицы». Отдельный маршрут посвящен детской литературе, ведь именно в Ленинграде, в окрестностях Литейного проспекта, рождалась и изменялась до неузнаваемости отечественная литература для детей. В реальности четырехкилометровый маршрут займет около часа, а в виртуальном исполнении – гораздо меньше.

Muzei Akhmatovoy 1

Muzei Akhmatovoy 2

Muzei Akhmatovoy 3

Близкий по духу, но сделанный почти на 10 лет раньше, виртуальный проект «Дом в разрезе» посвящен вроде бы далёкой от литературной географии теме. В 1931 году ленинградские художницы филоновской школы Татьяна Глебова и Алиса Порет создали картину «Дом в разрезе», которая сегодня хранится в Ярославском художественном музее. Сайт http://domvrazreze.ru/ представляет собой подробнейшее путешествие по этой картине, на которой изображен ленинградский дом на углу Фонтанки и Московского проспекта. Именно там с 1927 по 1933 год жили Глебова и Порет, там они создавали иллюстрации к детским книгам – многие из них переизданы сегодня. Туда же приходили Маршак, Чуковский, Хармс, Введенский, Олейников, Житков, художники и композиторы. Этот дом и его обитатели стали героями картины, а музей создал виртуальный путеводитель по Ленинграду 1930-х годов и, отчасти, детской литературе.

Dom v razreze

Dom v razreze 1

В разделе «Игры» представлены те занятия, которым посвящали свой досуг хозяева и гости. Одна из игр очень созвучна названию картины и, кажется, применима и сегодня. «Когда мы собирались по вечерам, мы любили играть в “разрезы”. Всем раздавались бумажки и карандаши, назывался какой-то всем знакомый человек. Надо было мысленно сделать разрез по его талии и написать на бумаге, чем он набит. Например, профессор Кушнарев: все писали – сыр. Это было очевидно. Потом называли очень скучную тетю – у всех почти было слово: пшено, у двух-трех – крупа, песок. Она была ужасно однообразна. “Резали” П.Н. Филонова – у большинства: горящие угли, тлеющее полено, внутренность дерева, сожженного молнией. Были набитые булыжниками, дымом, хлородонтом, перьями. Была одна “трудная тетя”, про которую даже написали, что не хотят ее резать, а более находчивые определили ее: резина, сырое тесто и скрученное мокрое белье, которое трудно режется. Про Соллертинского единодушно все написали: соты, начиненные цифрами, знаками, выдержками, буквами, или соты, начиненные фаршем из книг на 17 языках. Введенский – яблоками, съеденными червями: Хармс – адской серой и т. д.»

Конечно, помимо упомянутых проектов, существуют десятки других, посвященные литературным картам. В университете Цюриха начата работа над Литературным атласом Европы (https://www.literaturatlas.eu/). В российских музеях, библиотеках, образовательных учреждениях создаются свои локальные литературные карты – например, мы рассказывали про замечательный учебник литературы по «пермским текстам». В этой статье мне хотелось представить три базовые модели, по которым может строиться такой проект: от текста, от героя и от автора. Но, возможно, существует и четвёртая?

Анна Рапопорт

Понравилось! 7
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.