Два буксира, два Петербурга
1 февраля 2024 815

Мои дети много раз были в Петербурге. Они вполне по-свойски называют его Питером, и у каждого из них есть здесь свои любимые места. А начиналось все с «Баллады о маленьком буксире» Иосифа Бродского, вышедшей много лет назад в издательстве «Азбука». Необычный текст и яркие иллюстрации Игоря Олейникова заворожили тогда моих старших, которые только начинали свой самостоятельный читательский путь и свое знакомство с городом. Они очень долго разглядывали и комментировали картинки, радостно узнавали Исаакий и сфинкса на Университетской набережной. Когда подросли младшие, «Баллада», уже изрядно потрепанная, перешла в их безраздельное владение. И они тоже требовали ее перечитывать и так же долго рассматривали иллюстрации.

А в этом году младшим сыновьям достался в подарок еще один вариант «Баллады», вышедший в издательстве «Подписные издания» с рисунками Каси Денисевич. Он оказался совсем другим, я бы даже сказала ‒ концептуально иным. Это было настолько неожиданно, что Митя (11 лет) и Федя (8 лет) попробовали проговорить свои читательские ощущения.

Федя: Мне больше нравится старая книжка, которая с разноцветными попугаями, черепахами и африканцами. Там сразу понятно, что буксир мечтает о жарких странах и хочет уплыть туда. Но он не может, потому что у него в городе много работы. Ну и не беда, тут тоже полно солнца. Так бывает в Питере летом, когда мы приезжаем! И смотри, какой тут получился Исаакиевский собор ‒ как настоящий! А чайка, наверное, с Финского залива прилетела.

Митя: Знаешь что? Попугаи – это не главное. В этих двух книжках как будто два разных Питера. Один ‒ солнечный и ветреный, а другой похож на черно-белую фотографию. Это тоже очень красиво. Иногда такой сумрачный город мне нравится даже больше, чем солнечный.

Федя: Зато в старой книжке нарисованы разные профессии. Детям интересно смотреть, кто как работает. А в новой – просто чертеж корабля с человечками!

В общем, неудивительно, что восьмилетка отдал предпочтение иллюстрациям Игоря Олейникова. «Как настоящий» собор – это важный критерий. Чем младше ребенок, тем больше реалистичных подробностей он требует от художника книги, который становится для него проводником в мир текста. А подробностей в этом варианте «Баллады» сколько угодно. Скрещенья подъемных кранов, фрагменты камбуза и машинного отделения – это действительно интересно в восемь лет. Как и великолепные черепахи, киты и солнечные питерские виды.

А Мите пришлась по душе скупая графика Каси Денисевич.

‒ Ну и что! Это же здорово, что нарисовано схематично! Ты можешь сам фантазировать, как там люди живут. Это называется «художественная условность». И вот, посмотри, в новой книжке есть рыбаки и люди с собаками на набережной – чем тебе не реалистичные картинки?

Kasya Denisevich_illustr 1

Митя уже почти подросток и, конечно, больше заинтересован в абстрактных изображениях, позволяющих ему достраивать свой собственный мир вокруг текста стихотворения. Да и стилистически «Баллада о маленьком буксире» в иллюстрациях Каси Денисевич выглядит скорее подростковой книжкой, чем детской. Текст кажется набранным на винтажной печатной машинке, в изображениях много острых углов и твердых жирных линий, как в уличных граффити. Почти черно-белая палитра рисунков восхитила Митю, а Феде показалось трудно так воспринимать текст. «Для него Питер – это все-таки разноцветный город-праздник, город – каникулы. А Митя уже чувствует красоту серых оттенков свинцового петербургского неба», – подумала я. И вдруг….

‒ Ну ладно, ладно! В новой книжке мне очень нравится разворот с Невой и домами на берегу. И сфинксы! – миролюбиво закруглил дискуссию Федя.

Значит, все-таки и его зацепила графика Каси Денисевич.

Этот книжный разворот действительно потрясающий. Буксирчик идет под мостом, сквозь печальную, плотную петербургскую морось. Но открываешь боковые клапаны разворота – и будто распахивается окошко в акваторию Большой Невы. Тут и Петропавловка, и Исаакий на фоне резко посветлевшего неба, и Адмиралтейство, и стрелка Васильевского острова с Ростральными колонами. Кажется, еще немного – и задует крепкий ветер, как всегда бывает, когда гуляешь по набережной.

Kasya Denisevich_illustr 7

В рисунках Каси Денисевич сумеречный город полон не только силуэтами прекрасных зданий, людей и кораблей. Это город мечтаний и снов, переплетенных с реальностью. На одной из страниц сфинксы спрыгивают со своих постаментов напротив Академии художеств и играют каменным шаром, как мячиком.

Kasya Denisevich_illustr 3

В свинцовой тяжести черно-белого Петербурга вдруг вспыхивают красным перья попугая из фантазий буксира о теплых морях. Попугай не пестрый, как у Игоря Олейникова, но тоже живой, с ним у арки Новой Голландии играет рыжеволосый мальчик.

Kasya Denisevich_illustr 4

Кстати, откуда он взялся, этот рыжеволосый мальчик? Ведь о нем совсем нет речи у Бродского. Резонный детский вопрос, который должен был возникнуть и, конечно, возник. Это сам поэт в детстве или, может быть, сын капитана буксира или кто-то из детей, читающих книгу прямо сейчас? Он появляется на первой странице, в толпе людей на набережной, и сопровождает буксир на протяжении всего текста – рисует его, думает о нем. На наших глазах рождается еще одна история внутри уже разворачивающейся. Это, как минимум, необычно. Так мои мальчики неожиданно сделали важное читательское открытие – художник не должен иллюстрировать текст с документальной точностью, ему важно создавать свой собственный мир, часто во многом параллельный исходному тексту.

Kasya Denisevich_illustr 5

Оказалось, что иметь в доме два варианта издания одного и того же стихотворения – отличный читательский опыт. Возможность по-другому увидеть знакомый текст и знакомый город. Одна книга не заменила и не отменила другую. Рисунки двух столь разных художников отлично дополнили друг друга и еще глубже погрузили мальчишек в удивительную атмосферу Петербурга. Кажется, пора снова его навестить.

Елена Литвяк

Понравилось! 7
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.