Учитель смеха
5 марта 2013 4339

«Жил-был Учитель Смеха, жил, долгие-долгие годы, и был самым веселым детским писателем в нашем городе, на нашей улице, в нашей школе, в нашем классе и за моей партой…»
Если бы я был маленьким читателем Леонида Давидовича Каминского, я бы, наверное, именно так начал добрую, грустную и в то же время веселую историю о моем любимом писателе.
Добрую – потому что очень его люблю.
Грустную – потому что моего дорогого Учителя Смеха уже нет с нами.
А веселую – потому что Леонид Каминский обладал таким зарядом энергии и оптимизма, которого еще надолго хватит на всех нас, его читателей любого возраста.

В нашем городе…

Наверное, нет в Петербурге такого ребенка, который хоть однажды не держал в руках «Веселые картинки» или «Мурзилку», «Костер» или «Кукумбер» со стихами, сказками, рассказами Каминского и его смешными рисунками, – ведь прежде всего он был удивительным, ни на кого не похожим художником.

Герои его «веселых картинок» (а это в основном мальчишки – девчонок он побаивался и очень боялся рисовать, думаю, из-за повышенной требовательности к себе и деликатности: а вдруг не получится или получится не совсем удачно?) – так вот, его герои составляют бесконечный и презабавный «мультик», в котором все бегут, летят, переворачиваются с ног на голову, хохочут, строят рожицы и прямо на книжных страницах выясняют свои отношения.

По первой специальности инженер-строитель, он закончил полиграфический институт, и его дипломной работой стало редактирование собственной книжки юмористических рисунков «О больших и маленьких».

А потом началось самое увлекательное: «Интерес к карикатуре, – вспоминал Л.Д., – привел меня в коллектив, который можно было смело назвать настоящей, профессиональной школой юмористической графики и поэзии. Это был “Боевой карандаш” – содружество художников и поэтов, прославившееся своими сатирическими плакатами еще со времен Великой Отечественной войны».

В «Боевом карандаше» Леонид Каминский проработал почти тридцать лет. Его веселые плакаты украшали стены домов, висели в учреждениях и транспорте. Их тогда знали все – и большие, и маленькие. Юмор стал не только главной частью творчества Каминского, но превратился в его образ жизни. Великий добыватель и рассказчик анекдотов (а когда появился интернет – всего смешного, что только можно в нем отыскать), он сделал добрую шутку и веселую выдумку способом общения и рассылал друзьям свои «фирменные» лубки (юмористические рисунки с подписями в стихах) и многочисленные шаржи, непревзойденным и признанным мастером которых он оставался до своего последнего дня.

Дружеский шарж Леонида Каминского на Михаила ЯсноваА какими письмами он их сопровождал!

«Дорогой Миша! Посылаю тебе твой замечательный портрет для личного пользования. Извини, если я немного тебя изуродовал. На самом деле ты немного очаровательней. Разрешаю использовать в монографиях, биографиях, в журнале «Веселые картинки», а также в Большой литературной французской энциклопедии. Гонорар – в пышечной. Целую!»

В общем, наш дорогой друг по праву был членом Союза художников.

И не только.

На нашей улице…

Когда-то постоянные читатели прессы могли встретиться еще с одной не менее удивительной и плодотворной деятельностью Леонида Каминского – журналиста и ведущего юмористических рубрик в газетах и журналах.

Все началось в семидесятые годы, когда он несколько лет руководил отделом юмора в ленинградском молодежном журнале «Аврора». Но настоящая его журнальная и журналистская деятельность началась в 1979 году – на страницах журнала «Костер» появилась рубрика «Веселый звонок», бессменным ведущим и художником которой он оставался более четверти века.

«“Костер” – журнал для школьников, – вспоминал Каминский, – поэтому я решил, что отдел юмора должен вести учитель. И не просто учитель, а учитель смеха. Вот так я неожиданно для себя стал учителем-самозванцем, без законного педагогического образования. На страницах журнала я стал проводить “уроки смеха”. Были и домашние задания, например, постоянный конкурс “И все засмеялись!” Суть конкурса в следующем: читатели должны присылать смешные истории с последней фразой “И все засмеялись!”. Реакция оказалась совершенно неожиданной: “Костер” был буквально завален тысячами писем. А количество, естественно, переходило в “качество” – я стал обладателем огромной коллекции школьного юмора...»

Не знаю, существует ли еще где-нибудь в нашей стране столь невообразимая коллекция, – а в ней и отрывки из школьных сочинений, и ответы у доски, способные доконать любого учителя, и подслушанные разговоры на переменке или на улице, и смешные ошибки, превращающие обычную фразу в школьный анекдот.

              Иллюстрации из книги Леонида Каминского «История государства российского в отрывках из школьных сочинений»  1 Иллюстрации из книги Леонида Каминского «История государства российского в отрывках из школьных сочинений»

Между прочим, все началось в так называемые «застойные», времена, когда далеко не все можно было опубликовать. Но маленькие школьники – люди без комплексов и запретных тем, они присылали все, что казалось им смешным. Давайте вспомним:

«Большевики не дрожали за свою шкуру, они дрожали за шкуру других».

«Каждый год, 7 ноября, в нашей стране происходит Великая Октябрьская революция».

«Василий Иванович Чапаев был великий полководец. У него был конь, на котором он прожил свою жизнь».

«После войны советские люди стали строить развалины».

«Юный Пушкин прочел на экзамене в Лицее стихотворение, которое очень понравилось старику Дзержинскому».

Последняя фраза имела неожиданное продолжение. Как-то раз мы выступали в школе, и Каминский, прочитав это письмо, спросил:
– А как правильно надо было сказать? Кто заметил Пушкина на лицейском экзамене?
Молчание.
Л.Д. подсказывает:
– Старик…
Молчание.
– Старик…
Мальчик на первой парте робко поднимает руку:
– Хоттабыч?

В девяностые годы, когда появилась возможность придумать и хотя бы попытаться издавать новый журнал, мы все вместе, горе-энтузиасты, ринулись сломя голову в эту новую для нас жизнь. Так появился журнал «Баламут», а потом «Автобус» – в этих журналах Каминскому досталось почетное и мучительное право быть главным художником. «Баламуту» была отмерена судьба в пять номеров, «Автобусу» – тому журналу детской городской культуры, что мы придумали, – в восемь, а потом пошли детские страницы в питерских газетах: в «Часе пик», «Вечернем Петербурге», «Курьерчике», «Метро», в несостоявшемся, а казавшемся таким перспективным интернетовском журнале «Мышка»…

Это бурление журнально-газетной жизни сходило на нет, возрождалось снова, – так что наш дорогой друг по праву стал членом Союза журналистов.
И не только.

В нашей школе и в нашем классе…

Леонид КаминскийЯсное дело, вся суть была «в школе» и «в классе» – ведь Каминский больше всего любил общаться именно со школой и классом, – не случайно звание Учителя Смеха он всегда воспринимал как самое почетное в своей жизни.

Началось в «Костре», а продолжилось в ленинградском театре «Эксперимент», где появился спектакль «Урок смеха» и шел на сцене театра более десяти лет. Леонид Давидович всегда вспоминал о нем с душевным трепетом и нежностью – это было его дорогое и бесценное детище:

«Спектакль был основан на импровизации – реплики артистов зависели от поведения “учеников”, вызванных на сцену. В отличие от настоящей школы “ученики” просто рвались к доске. У нас была своя книга зрительских отзывов. Вот одна из записей: “На этом спектакле я был вместе с папой. Мы часто падали со смеху. Я хочу снова прийти к вам в театр, чтобы опять падать”… Мы старались воспитать в детях самоиронию, дать возможность посмотреть на себя со стороны. Должен отметить, что заставить детей искренне смеяться – не так уж просто. И если это получается, значит, ты нашел с ними контакт».

Леонида Каминского узнавали, где бы он ни появлялся, – ведь «Урок смеха» смотрели (и не один раз!) не только дети, но и многие родители. Л.Д. безусловно был «голосовым», театральным человеком – не случайно с помощью нашего товарища, редактора «Радио России» Сергея Махотина «Урок смеха» на долгое время превратился в популярную детскую радиопередачу. А последним нашим общим проектом, в центре которого опять оказался Леонид Каминский, стал Театр Детских Писателей.

В общем, наш дорогой друг по праву был членом Союза театральных деятелей.

И не только.

…И за моей партой

«И вот пришло время, когда я стал писать и рисовать для детей. Причина была простая – у меня родилась дочка. Маша росла, и я, как многие родители, стал ходить за ней по пятам и записывать разные ее высказывания. Например, такие:

– Папа, съешь сам это яблоко, оно гнилое!
– Маша, как тебе не стыдно! Разве можно так говорить? Как нужно сказать, если яблоко тебе не нравится?
– Папа, съешь, ПОЖАЛУЙСТА, сам это яблоко – оно гнилое!

Этот и другие рассказики про Машу с моими иллюстрациями были напечатаны в “Веселых картинках”. С тех пор я подружился с этим симпатичным журналом и даже стал его постоянным автором».

Все эти годы Леонид Каминский постоянно писал презабавнейшие стихи на случай, рядом с которыми рождались не менее веселые стихи и проза для детей – сказки для самых маленьких про кота Яшу (которые нужно читать и слушать, пока читатели не выросли, а котёнок Яша не превратился в большого кота Якова) и рассказы про мальчика Петю (который замечательно общается со своим папой, и разрозненные эпизоды из их жизни оказываются, на мой взгляд, настолько интересными и поучительными, что тон и атмосферу этих отношений так и хочется перенести в свою семью). А еще самые невероятные истории из жизни младших и средних школьников.

Все вместе – стихи, проза, и, конечно, самое ценное из коллекции школьного юмора – постепенно сложилось в большую книгу «Урок смеха». Первым изданием она вышла в 1986 году и с тех пор, утолщаясь и дополняясь, выдержала еще несколько переизданий. А поскольку в конце книги был напечатан адрес автора, его переписка с читателями не прерывалась ни на день.

Не всегда письма были восторженные. Один второклассник, например, написал: «Дорогой учитель смеха! Я прочитал вашу книжку. Там есть рассказ “Поручение”. Я его прочитал, и не засмеялся. Почему?» «Этот маленький читатель, – отмечал Каминский, – мне очень понравился своей требовательностью и категоричностью: раз ты себя называешь писателем-юмористом, изволь писать смешно! Но в этом письме есть и приятный для автора момент: к остальным рассказам и стихам юный читатель претензий не предъявил, значит, все-таки смеялся».

В таком уважительном отношении к читателям кроется одна очень важная и в полной мере свойственная Леониду Каминскому черта: достоинство детского писателя. В общем, не случайно наш дорогой друг по праву был членом еще одного творческого союза – Союза писателей.

Однажды он пришел выступать к первоклассникам. Ребята встретили его, как полагается, стоя. «Садитесь», – сказала учительница. Потом серьезно добавила: «Достаньте и положите на парты ваши учебники!»

И на каждой парте появилась книжка «Урок смеха».

Леонид Давидович Каминский умел и любил смешить – это великое искусство давалось ему легко и радостно. И теперь долгие-долгие годы мы будем вспоминать нашего Учителя Смеха с узнаванием, сопереживанием, радостью и непреходящим удивлением, – ведь из них и состоит настоящая литература и культура.

Михаил Яснов

Понравилось! 5
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.