Жужжит, напрягается, щелкает… Кто это?
23 апреля 2020 366

Мы долго этого ждали. Продолжения одной из самых любимых Матвеем историй – про необычного робота, побывавшего на острове и ставшего настоящей МАМОЙ для… гусенка. И вот наконец-то в наших руках оказалась книжка Питера Брауна «Спасение дикого робота». После его первой книги «Дикий робот» мы замерли в ожидании: не могло же все закончиться расставанием мамы и сына? «Так не бывает, – говорил Матвей. – Они не могут просто взять и не встретиться». Поэтому он не сильно удивился, когда увидел вторую часть.

– А я что говорил?! – сказал он и схватил заветное продолжение. – Ну-ка, ну-ка, что там было дальше…

Увы, в отличие от первой части, которую мы читали вместе, эту мне не удалось полностью разделить с Матвеем. Потому что иногда к нам приходила бабушка и Матвей просил ее почитать ему перед сном, а иногда он не дожидался вечера и читал сам. Так получилось, что часть книги я пропустила. Но все, что я не читала, пересказывал мне Матвей. И вот что я заметила.

Когда он пересказывает то, что ему задают в школе, у него получается не так ровно и связно. А текст, который его действительно «цепляет», Матвей не просто «пересказывает», он его «переживает». Вспоминая события из «Спасения дикого робота», которые я упустила, Матвей не только удивительно четко строит предложения, но и вкладывает в них свои эмоции. Получается что-то вроде театра одного актера. Говоря про Роз – того самого робота – Матвей приосанивается, его движения и жестикуляция становятся резковатыми и как будто имеющими ограничения. Переходя к Красноклювику – гусенку, «сыну» Роз, – Матвей смягчает движения и изменяет голос на более мягкий. Так интересно наблюдать за тем, как ребенок, похоже сам того не замечая, вживается в роли главных героев истории!

Заглянув в текст, можно увидеть, как автор с помощью точно подобранных слов и ритма в предложениях помогает читателю вот так «увидеть» своих героев. Делает их «объемными» и «живыми».

«Щелк. Тело Роз напряглось. Послышалось негромкое жужжание. Глаза робота загорелись. Но рот не произнес ни единого слова».

«Красноклювик тоже натерпелся страху. Он скользнул с ветки прямо в руки матери. Бедняжка весь дрожал, но был невредим».

– Видишь? – говорю я Матвею, объясняя свою мысль. – Что делает Роз?

– Жужжит, напрягается, щелкает… – отвечает Матвей.

– А Красноклювик?

– Он.. скользнул, дрожит и испугался, – кивает Матвей. – Ух ты! Здорово!

Теперь мы вместе начинаем искать такие авторские «приемы» по тексту. Это превращается во что-то вроде игры.

– А ты тоже так делаешь, когда пишешь свои книги? – спрашивает Матвей. Я задумываюсь.

– Не знаю, – честно отвечаю я. – Специально – нет. Но, может быть, это получается подсознательно?

– Как у меня, когда я что-то тебе пересказываю и меняю интонации и жестикуляцию?

– Думаю, да.

Матвей удивлен. Оказывается, мы контролируем далеко не все из того, что делаем.

– А то, что Роз вышла из-под контроля и пошла против разработчика, это тоже то, о чем мы говорили? – снова спрашивает Матвей.

– Возможно, – говорю я. – Ведь материнский инстинкт во многом бесконтрольный.

Матвей улыбается.

– Это я знаю. Ты вон как волнуешься за меня, когда я еду с горки на самокате.

– Точно, – я улыбаюсь в ответ. – Но и ты переживаешь, если я задерживаюсь на работе, верно?

– Ага… Мы с тобой как Роз с Красноклювиком. – Матвей садится поближе. – Если бы ты куда-то исчезла, я бы тоже отправился тебя искать.

– А я бы сделала все, чтобы к тебе вернуться, – говорю я и обнимаю сына.

Это один из самых приятных моментов в чтении и обсуждении книг – единение. А когда книга о маме и сыне, то коэффициент «единения» просто зашкаливает!

– Как ты думаешь, как закончится их история? – киваю я в сторону книги.

– Конечно, хорошо! – не задумываясь отвечает Матвей. – Это же детская книжка!

Видя такую уверенность, я радуюсь. Радуюсь тому, что в жизни моего сына всегда есть что-то, о чем он совершенно точно скажет: все закончится хорошо!

Кстати, даже наша бабушка, читая Матвею перед сном, иногда не могла остановиться,. так что мне приходилось напоминать ей о том, что пора заканчивать.

– Подожди, Иришка, – говорила моя мама. – Тут такой момент! Еще главку, ладно?

Читать про Дикого робота действительно невероятно увлекательно. Роз и Красноклювику приходится пережить множество опасностей и приключений – в книге все-таки 280 страниц и каждая до краев полна действиями и самыми разными эмоциями!

Но главное остается неизменным – это счастливый конец.

– Или начало, – подсказывает мне Матвей.

– Или начало, – соглашаюсь я.

Ирина Зартайская

__________________________________

Dikiy robot
Питер Браун
«Дикий робот»
Иллюстрации автора
Перевод с английского Марии Сухотиной
Издательство «Манн, Иванов и Фербер», 2019

Spasenie-dikogo-robota
Питер Браун
«Спасение дикого робота»
Иллюстрации автора
Перевод с английского Марии Сухотиной
Издательство «Манн, Иванов и Фербер», 2019

Чтение на карантине

Понравилось! 3
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.