Анастасия Орлова: «Издательская деятельность – это поле безграничных возможностей»
3 марта 2020 729

Анастасия Орлова известна как поэт и автор детских книг, многие из которых отмечены литературными премиями. Но с недавнего времени она оказалась в новой для себя роли – главного редактора издательства, а имя Анастасии Орловой стало издательским брендом. «Папмамбук» решил выяснить, есть ли у нового издательского проекта «особая» миссия и чем «Книжный дом Анастасии Орловой» будет отличаться от уже существующих издательств детской книги. 

‒ Анастасия, почему вы решили создать издательство? Вам стало тесно в рамках уже сложившегося бренда «поэт и писатель Анастасия Орлова»? Иногда писатели создают издательства, чтобы публиковать, в первую очередь, свои собственные произведения. Но у вас, по-моему, не было и нет проблем с публикацией книг?

‒ Да. Проблем с публикацией книг у меня давно на тот момент уже не было. Но на каком-то этапе, работая над текстом, я сразу начинала думать и о том, какой художник мог бы сделать к нему иллюстрации и как все это в целом могло бы выглядеть…

‒ То есть вы стали мыслить не текстами, а книгами. И это приходило в противоречие с тем, что вам предлагали в издательствах?

‒ Нет. Издатели охотно идут мне навстречу. Я очень признательна всем, с кем я работала. Но мне стало интересно именно создавать книги. А тут от одного большого издательства поступило предложение организовать отдел детской литературы. Я после некоторых раздумий согласилась, тем более, что в голове уже возникли разные идеи. Мы начали работать. Но потом наш проект в том издательстве по внутренним финансовым причинам закрыли. И мы – те, кто начал работать над проектом, – решили создать автономную структуру, отдельное издательство. Я стала его главным редактором.

‒ И как вы формулируете сейчас концепцию своей издательской деятельности?

‒ Я попыталась собрать в единое целое свой писательский, читательский и родительский опыт и создавать книги, которые были бы интересны и детям, и родителям. 

‒ Детям какого возраста?

‒ В первую очередь, самым маленьким. Это та аудитория, которую я очень люблю и для которых писала свои книжки – и «Яблочки-пятки», и истории про грузовик и прицеп. Первая серия, с которой мы стартовали, так и называется: «Читатель родился!». Это стихи, потешки, прибаутки для малышей, в помощь мамам новорожденных и мамам тех, что уже немного подросли. Считается, что ребенок до трех лет мало что понимает. Но даже новорожденные, с момента появления на свет тянутся к общению. Они буквально впитывают в себя то, что говорят взрослые, и стараются им «отвечать». Мы решили собрать в этой серии самые звонкие, ритмичные, выразительные стихи для маленьких. Это игровые стихи, они втягивают ребенка и взрослого в диалог-игру. А через этот диалог – в пространство родного языка. 

‒ Ваша поэтическая биография тоже началась с подобной книги – «Яблочки-пяточки». Тогда эта книга была чуть ли не единственной в этой возрастной нише. Чьи еще стихи могут оказаться в этом ряду? 

‒ Стихи Гайды Лагздынь. Есть замечательные стихи для малышей у Ирины Токмаковой. 

‒ Это советская классика. А из современных авторов?

‒ Стихи Нины Пикулевой. Есть замечательные потешки у Кристины Стрельниковой. 

poets

‒ Книжки с потешками, конечно, существовали и 50‒60 лет назад. Но, на мой взгляд, они все-таки были адресованы детям не моложе двух лет. Собственно, два года – это возрастной рубеж, обозначенный Чуковским в «От двух до пяти»: начиная с этого момента рекомендовалось читать ребенку. А вы говорите о книгах для младенцев. То есть вы считаете, что возрастной рубеж книжного старта должен быть изменен? Читатель сегодня «молодеет» по сравнению с советским временем?

‒ Я считаю, что да. Девиз нашего издательства так и звучит: «Читатель рождается тогда, когда рождается человек». К сегодняшнему дню у нас вышло 9 книг этой серии. И дизайн книжек учитывает особенности их читателей. Это книги на толстом картоне, у страниц скругленные уголки. А сами книжки квадратные и легкие, чтобы детским ручкам было удобно их держать. Серия ориентирована на детей до трех лет, там есть стихи и для тех, кто уже чуточку подрос. Кто уже почувствовал свое отдельное «я».

‒ Но вы говорите, это первая серия. Есть и другие? Программа не сводится только к книжкам для младенцев?

‒ Всего у нас запланировано шесть серий. Вторая серия, для малышей двух-трех лет, называется «Учимся вместе»: по нашим замыслам, тут мы будем соединять художественный текст с познавательными элементами. Еще есть серия «Строчка за строчкой с сыном и дочкой». Это художественные книги, их возрастная адресация более широкая – от двух до восьми-девяти лет. Потрясающе красивые вышли у нас книги: «12 сов» от прекрасных СОВавторов Андрея Усачева и Галины Дядиной, «Вышел пудель погулять» Елены Ярышевской. Художники замечательные с нами работают. Есть серия нон-фикшн, которая называется «Жизнь замечательных»: жизнь замечательных людей, жизнь замечательных городов, замечательных животных и т.д.

image-03-03-20-01-35-8

‒ Тоже для маленьких?

‒ Нет, это для детей младшего и школьного возраста.

‒ Тут вы вступаете в поле, где существует ощутимая конкуренция и играют такие испытанные игроки как «МИФ», «Настя и Никита», «Пешком в историю»…

‒ Как писатель я воспринимала литературу не как конкурентную среду, а как поле безграничных возможностей. И по отношению к издательской деятельности я тоже так думаю: это поле безграничных возможностей. Посмотрим, что из этого получится. Но сразу могу сказать, что для нас пишут замечательные авторы. Например, Григорий Кружков, Ирина Лукьянова, Анастасия Строкина. Григорий Кружков написал для нас книгу о Льюисе Кэрролле, Анастасия Строкина – книгу о Чайковском. 

‒ Эти авторы разделяют ваши взгляды на литературу как поле безграничных возможностей? 

‒ Мне кажется, да. И это очень ценно. 

‒ Но все, кого вы назвали, ‒ уже увенчанные лаврами писатели и переводчики. А книги новых, пока мало кому известных авторов будут выходить в вашем издательстве?

‒ Конечно. Я не раз участвовала в семинарах и форумах молодых писателей. Я многих знаю, про многих помню. Держу в голове…

‒ Или в плане?

‒ Если держу в голове, то значит, и в плане. Вышла книжечка Надежды Шемякиной, будет книжечка молодого автора Ксении Горбуновой. И книги других тоже будут.

‒ А какие у вас критерии отбора произведений?

‒ В первую очередь, это качество текста. Текст должен быть отличным. Кроме того, он должен легко трансформироваться в книгу. Книга для меня – аналог театрального пространства. А текст – то, что в этом пространстве разыгрывается. Иногда текст есть, а целостного образа книги не возникает. И все откладывается. Ну и еще и текст, и книга должны вписываться в задуманные нами серии. Пока так.

‒ То есть это будут совершенно новые книги, еще не издававшиеся? Это издательский принцип? Оставим за скобками Лагдзынь и Токмакову, хотя, как я понимаю, их тексты в любом случае будут включены в пространство новых книг.

‒ Не могу сказать, что это жесткий принцип. Но все серии мы начали с новых книг. Переиздания и переводы тоже будут, но позже. А начали мы работать с российскими авторами. 

‒ А сколько сегодня в России детских писателей, как вам кажется? Хотя бы примерно?

‒ На прошлогодний фестиваль «Писатели вокруг “Детгиза”» приезжали около 40 человек. Но тех, чьи книги издаются, кто профессионально работает в этой сфере, ‒ не меньше ста. А думаю, что и больше. И я не включаю в это число молодых писателей, у которых еще нет книг. Но сейчас ситуация с публикацией книг сильно отличается от той, которая была, например, лет десять назад: тогда начинающему автору было невероятно сложно издать книгу. За последние годы произошли грандиозные перемены. 

‒ Так что нам еще предстоят новые открытия? В том числе, с помощью «Книжного дома Анастасии Орловой»?..

‒ Хотелось бы на это надеяться…

Беседу вела Марина Аромштам

Понравилось! 1
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.