Николай Джумакулиев: «Чтение нельзя превращать в повинность»
10 июля 2019 2059

Мы постоянно слышим: интерес к чтению падает, дети совсем перестали читать, а печатные издания доживают свои последние дни. Эти разговоры длятся десятилетиями, а в это время писатели пишут, иллюстраторы рисуют, издатели выпускают, и даже открываются новые издательства. Получается, спрос есть, книги нужны и никуда от нас не денутся? Руководитель нового издательства «Волчок» Николай Джумакулиев рассказал корреспонденту «Папмабука», как обстоят дела в книжном бизнесе, каких книг нам не хватает и что делать, если ребенок не читает.

‒ Сейчас много говорят о том, что спрос на бумажные книги, газеты, журналы падает, все больше людей выбирают цифровой формат, да и в целом читают меньше. Почему вы решили создать новое издательство? Не боитесь невостребованности?

‒ Конкуренция разных форматов касается детских изданий в наименьшей степени. Идеального устройства для того, чтобы воспроизвести детскую иллюстрированную книгу пока не придумали. Родители до определенного возраста ребенка, лет до 10‒12, все-таки стараются покупать бумажные книги. Например, моя сестра, пока была ребенком, читать не любила совсем, но когда у нее родился сын, стала покупать для него книги, и теперь довольно неплохо ориентируется в них. У родителей существует пиетет к печатной книге, и заменить ее сейчас в принципе нечем. При нашей жизни печатная книга для детей не закончится.

А вообще это очень классная семейная традиция – проводить время с ребенком за книгой, читать вслух и обсуждать прочитанное. На нас со всех сторон обрушиваются потоки информации. На взрослых – одни, на детей – другие, и они нас разобщают. Совместное чтение может быть важным моментом единения семьи, восстановления утраченных связей.

То, что интерес к чтению снизился, ‒ правда. Но связано это скорее с тем, что у сегодняшних детей очень много занятий и развлечений: видеоигры, социальные сети, сериалы. У них стало элементарно больше выбора. Мы с нашим автором, известным писателем и психологом Екатериной Мурашовой, недавно обсуждали, как изменились современные дети в сравнении с советскими. Раньше детям всего не хватало – игрушек, развлечений, денег. А сейчас им всегда есть чем заняться. Их постоянно развлекают тысячей разных способов. Поэтому книжная аудитория становится меньше. Но многие родители по-прежнему хотят, чтобы дети читали, они продолжают покупать книги и читать их с детьми. Другие люди продолжают книги писать, иллюстрировать, издавать. Просто потому, что не могут без этого.

‒ Расскажите, как появилось издательство «Волчок»?

‒ Я уже двенадцать лет занимаюсь детскими книгами. Начинал в Издательском доме Мещерякова, работал в издательствах «Белая ворона» и «Арт Волхонка», занимался продвижением «Пестрого квадрата» ‒ проекта Артура Гиваргизова и издательства «Эгмонт». За эти годы я перепробовал много разных вещей: продавал книги, занимался маркетингом, находил тексты и придумывал книжные серии, редактировал, вел переговоры с типографиями. В той или иной степени я владею всем инструментарием, необходимым в работе издательства. Конечно же, когда мне предложили придумать и построить новое издательство, я был счастлив.

Сейчас «Волчок» интересуют самые разные детские и подростковые книги. Мы не выбираем себе специализацию, не придумываем искусственные ограничения. Радуемся и восхищаемся удачными книгами любого жанра.

‒ У вас вышли первые книги. Расскажите о них.

‒ У нас вышло одновременно две книги. Повесть Екатерины Мурашовой «Обратно он не придет» ‒ мое недавнее читательское открытие, хотя впервые она была опубликована в 1991 году в журнале «Костер» под названием «Полоса отчуждения». Предположу, что тогда всем было немного не до детских книг, и только поэтому широкого круга читателей у этой повести не сложилось. Это очень сильный, пронзительный текст. Я довольно искушенный читатель детских и подростковых книжек, и очень редко случается, что книга меня настолько захватывает. Начал читать повесть вечером и читал до четырех утра, пока не закончил ‒ как в детстве. Екатерина Мурашова одареннейший рассказчик ‒ в этой книге нет захватывающего сюжета, как в «Классе коррекции» и «Гвардии тревоги», но отложить ее тоже невозможно.

Фабула такая: главная героиня повести обычная, может быть, немного замкнутая девочка Оля встречает недалеко от вокзала двух мальчишек, сбежавших из детского дома, и отчаянно ищет способ им помочь, сделать их жизнь лучше хотя бы чуть-чуть.

Книга написана для подростков, но мне хотелось бы, чтобы ее прочитали и родители. Разумеется, домашняя девочка Оля первым делом обращается за помощью и советом к взрослым, но помощи не находит. Не потому, что взрослые плохие, а потому что они сосредоточены на своих заботах и проблемах. Как же иногда важно забыть о них и услышать того, кто в нас нуждается!

Обратно он не придет »
Екатерина Мурашова

‒ Детских издательств сегодня немало, и нужно как-то среди них выделяться. Вы сказали, что никакой специализации у вас пока нет, но все-таки чем «Волчок» отличается от «Самоката», «Белой вороны», «КомпасГида» и других?

‒ Я очень ценю все эти издательства. «Самокат» так вообще моя первая любовь. Их первые книжки стали появляться, когда я учился в институте. Я их читал и коллекционировал, хотя детской литературой тогда совсем не интересовался. Очень уж эти дерзкие и талантливые книги отличались от всего, что издавалось тогда. Спустя несколько лет я уже работал в другом детском издательстве, и удивил Иру Балахонову, когда перечислил около двадцати первых книг «Самоката» в правильном порядке.

Издательства делают разные люди, и даже схожесть творческих, эстетических установок не сделает издательства идентичными. Мы всегда будем разными.

Чтобы сформировалось лицо издательства, должно пройти некоторое время. Книги – это долго. Сейчас мы делаем много работы, скрытой от читателя: покупаем права, договариваемся с художниками, готовим первые макеты.

Конечно, есть вещи, которых нам не хватало ‒ например, сборников рассказов. За них мы взялись сразу и начали серию «Рассказы Волчка» – в ней будут выходить сборники рассказов современных писателей. В наших первых сборниках «Внутри что-то есть» и «Поворот» собрались очень известные авторы: Нина Дашевская, Дарья Варденбург, Эдуард Веркин, Ася Кравченко, Юлия Кузнецова, Станислав Востоков, Мария Ботева, Ксения Драгунская и другие писатели. Коллективные сборники рассказов не новая вещь в книгоиздании, в советское время таких сборников было предостаточно, но сейчас они редкость. Надеемся, читатели обратят внимание на первые наши сборники и оценят их.

Внутри что-то есть »
Поворот »

Но, повторюсь, чтобы сложился некий портрет издательства, должно пройти время. Мы сами до конца не знаем, каким этот портрет будет, мы постоянно уточняем свое видение. Наверняка я могу сказать одно: мы не выпустим ни одной случайной книжки. Издательство, как любой другой бизнес, должно приносить прибыль, но это не самоцель – у нас должны быть веские нематериальные причины, чтобы издать книгу.

‒ Не могу не спросить про название. Почему «Волчок»?

‒ Было 12 или 14 вариантов милых названий, но все это было не то. Шло время, мы уже должны были регистрировать издательство, и вопрос с названием стоял очень остро. Ничего интереснее первых вариантов в голову не приходило. Тогда я воспользовался одним проверенным способом. Когда не выходит придумать название книги, книжной серии, публикации в сети, я часто открываю книгу хороших стихов – любых, детских или взрослых, и начинаю читать. Читать лучше вслух, медленно – слушать, как звучат слова, и наблюдать, как значение каждого становится весомее. Когда ты так медленно читаешь, начинаешь мыслить иначе. Я почитал, в голову пришло слово «волчок», и я тут же его очень легко представил. Правда, тот первый Волчок не сидел с игрушкой, а нес ее на плече, как новогоднюю елку, но был он такой же маленький и симпатичный. Без колебаний решил, что это – идеальное название для детско-подросткового издательства.

Volchok

‒ Когда я узнала, что будет издательство «Волчок», я была уверена, что оно будет выпускать книжки для малышей.

‒ Да, у нас и логотип к такому видению отчасти подталкивает. Но мне кажется, что многие подростки чувствуют себя «волчками» ‒ милыми, но настороженными, глядящими исподлобья. Мы думали о том, что наш нарисованный Волчок может меняться в некоторых книгах, например, становиться старше.

Мне очень нравится, что уже в названии издательства мы начинаем играть с читателем. Волчок ведь и животное, и детская игрушка. Но, кроме этого, было еще много разных соображений в пользу такого названия. Не будем забывать, что волк – один из важнейших героев фольклора и детских книг. Волки заботятся о своих щенках, воспитывают и оберегают их. И, конечно, здорово, что это старое, можно сказать, древнее слово звучит так чисто и ясно! Вол-чок!

‒ Я каждый месяц пишу обзоры новинок детской и подростковой литературы и наблюдаю сильный перекос в сторону переводных текстов. Обычно на 10 зарубежных книг приходится одна-две отечественных. Как вы считаете, почему так происходит?

‒ Есть несколько причин. Например, научно-популярные книги очень сложно делать, это трудоемкий и часто убыточный процесс. Поэтому, конечно, проще купить готовую книжку и в лучшем случае нанять научного консультанта, который адаптирует ее для наших читателей. С художественной литературой, скорее, другое. В советское время до нас доходило очень мало книг, которые на Западе стали классикой. Издательства, конечно, активно наверстывают упущенное, переводят их.

Современных российских авторов всерьез стали издавать относительно недавно, поэтому, да, есть некий дефицит. К тому же, у нас возник поколенческий разрыв. В восьмидесятые годы появилась плеяда талантливейших поэтов и писателей: Сергей Седов, Марина Бородицкая, Марина Москвина, Тим Собакин и другие. А в девяностые новых имен практически не было. Лишь в нулевые, когда стали возникать маленькие независимые издательства, появились и новые тексты, и новые имена. Нужно время, и авторов станет больше.

Хотя сейчас, мне кажется, детской литературе не хватает людей, которые пришли бы не с «литературной стороны», а из других областей. Как, например, Нина Дашевская. Она успешный музыкант очень серьезного уровня, начавший писать книги. Профессионал не сделает плохо, у него к себе очень высокие требования.

‒ Как вы уже сказали, у книг сегодня очень много конкурентов – видеоигры, социальные сети, кино… Как помочь ребенку из всего этого многообразия выбрать именно книгу, причем качественную?

‒ Я расскажу свою историю. Я из очень простой семьи, никак не связанной ни с литературой, ни с книгоизданием. Мама работала продавцом, а папа – водителем. Но папа всегда любил читать. Он приходил после работы и читал нам вслух. Я мечтал научиться читать, а как только научился, стал читать запоем. Во все поездки я не брал почти никаких вещей, кроме рюкзака книг. Панически боялся, что книги в поездке закончатся. Это маниакальное увлечение продолжалось лет до 10‒11. Потом началась подростковая жизнь. Я проводил много времени с друзьями, мы гуляли, разговаривали, занимались спортом, играли в приставку. И я вообще перестал читать.

А начал снова только в пятнадцать, когда в десятом классе к нам пришел новый учитель литературы. Он предложил серьезные и интересные разговоры о книгах. Раньше с нами не разговаривали о книгах – мы отвечали на вопросы, заучивали стихотворения, но наше мнение, чувства учителей не интересовали. А этот учитель пришел и предложил серьезный разговор, который задевал и был связан с нашей сегодняшней жизнью. Даже если мы читали Тургенева и Тютчева, учитель находил способ связать их книги с нами. Эти уроки изменили мою жизнь: я снова стал лихорадочно читать.

Не надо заставлять ребенка читать! Если вы хотите, чтобы ребенок читал, читайте сами. Если ребенок никогда не видел вас с книгой, странно требовать от него стремления читать.

Погружайте ребенка в книжную среду, говорите с ним о книгах сами, водите в литературные студии, где он встретит читающих сверстников и, может быть, сам попробует что-нибудь написать. Ищите для ребенка подходящие книги.

Но помните, не происходит никакой катастрофы, если вы всеми силами стараетесь заинтересовать ребенка книгами, а он все равно не читает. Просто отступите. Возможно, рано или поздно он возьмет книжку. Но даже если и не возьмет – не страшно. Реализует себя другим образом. Любите его и гордитесь им, и у него все получится.

‒ То есть можно без художественной литературы вырасти хорошим, счастливым, успешным человеком?

‒ Совсем без литературы ребенок вряд ли останется. Она все равно будет присутствовать в его жизни. Если вы читали ему, пока он был маленьким и не бунтовал, это уже с ним, это в нем живет.

Я не сторонник расхожего мнения, что книги нас чему-то учат. Конечно, в любой книге так или иначе заложена некая нравственная установка, но самое главное, что приносит чтение книг – это удовольствие. Чтение нельзя превращать в повинность. Если ребенку нравится читать, он не бросит. Кто будет отказываться от удовольствия?

А по поводу успешности… Мне кажется, все на ней сегодня помешались. Что такое успешность? Сегодня она одна, завтра другая. Но многие родители упорно хотят сделать из своих детей чемпионов, золотых медалистов, стобалльников по ЕГЭ… И постоянно чего-то требуют от детей вместо того, чтобы просто их любить. Если ребенок чувствует родительскую любовь, то, скорее всего, он вырастет счастливым и благополучным. А если чувствует, что он всем на свете должен и не справляется с требованиями, которые ему предъявляют окружающие, – станет несчастным и неуспешным. На мой взгляд, счастливый пасечник успешнее несчастного богача. В книжный бизнес, например, тоже идут не ради успеха и богатства. Книжные иллюстраторы могли бы работать в рекламных агентствах и получать совсем другие деньги. Но они все равно иллюстрируют книги. Потому что им хочется. Редкие писатели могут жить за счет гонораров, но они все равно пишут. Потому что у них есть потребность. Это очень важно. Гораздо важнее, чем дорогая машина и одежда. Материальные вещи рано или поздно перестают приносить счастье, а дело, которое ты любишь – никогда.

Беседу вела Мария Третьякова

Понравилось! 14
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.