Не детское чувство
19 сентября 2017 1756

Из всех чувств в детском чтении меня всегда больше всего волновало чувство юмора. Как и когда оно появляется? Врожденное ли это чувство или оно созревает к определенному моменту? И можно ли его развить?

Мне всегда казалось – и сейчас кажется, – что если детская книжка смешная, то это хорошая книжка. Поэтому смешных книжек мы с Машей прочитали множество. И всегда много смеялись.

«– Интересно, а как ее зовут? – сказал Малыш и легонько провел указательным пальцем по маленькой нежной щечке ребенка.
– Гюль-фия, – ответил Карлсон. – Маленьких девочек чаще всего зовут именно так».

Именно на этом месте «Малыша и Карлсона» я впервые услышала, как мой ребенок заливисто хохочет над текстом. И требует перечитывать, каждый раз давя из себя смех – настолько это ощущение было неожиданным и счастливым.

На тот момент Маше было около четырех. Следующей рассмешившей нас книжкой стали «Зоки и Бада» Ирины и Леонида Тюхтяевых. Понятно, что ребенок чувствует глубокое внутреннее родство с зоками, которые безудержно шкодят и бессовестно сводят Баду с ума. С другой стороны, я уверена, что ребенок может оценить и игру слов. «А это зок Мёдов взял посылочный ящик, проковырял дырки для глаз, написал на донышке: “ПОСТАВИТЬ ГДЕ МЁД” – и накрылся им. Потом, перебирая лапами, пришел к медохранилищу и, расхаживая туда-сюда перед бадой, стал бормотать:

– К вам посылочка пришла… к вам посылочка пришла…» Игра слов здесь подчеркивается самой ситуацией, комедией положений. Поэтому она доступна ребенку.

Но смех при слушании – дело редкое. Чаще всего происходит так: взрослый читает книгу и интонацией выделяет смешные места. Ребенок смеется, потому что смеется взрослый. Это радость разделения смеха – не личная, а общая. Именно так я читала «Сказки про мам» Седова.

«Жила-была мама. Очень забывчивая. Бывало, накормит детей и забудет, кормила или нет. Снова:
– Дети! Идите обедать!
А дети знают, что с мамой спорить бесполезно, идут и обедают – В ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ РАЗ!!!»

«Это про меня», – говорила я, и ребенок заливался понимающим смехом.

Иллюстрация из книги Сергея Седова «Сказки про мам»

По моим наблюдениям, личное чувство юмора созревает, когда ребенок начинает читать сам. И читать много. Только тогда он может оценить шутку – сам, без подсказок. Поэтому многие писатели приходят к ребенку не с первого прочтения. Так, Ксения Драгунская стала Машиным любимым писателем только сейчас, когда Маше исполнилось 10.

Зато это настоящая любовь.

«Лекарство от послушности», «Мужское воспитание» были прочитаны на одном дыхании. «Целоваться запрещено!» ‒ восторг уже на уровне названия. При этом ребенок не может внятно объяснить свой выбор. Разве что: «Она интересная и смешная».

Сборник «Большая меховая папа» был читан и перечитан.

«– Здравствуйте, Мамаша, – сказала мама собаке.
Собака подмигнула маме и стала есть дальше. Мы хотели погладить все это семейство, но они поели и полезли обратно под крыльцо, систематически пищать.
Мамашу мы назвали Собака-Мамаша. Красивое двойное имя. А щенков мы назвали Паскаль (потому что он сперва на нас скалился), Автор (потому что лает), Ашан и Мега (потому что простые и понятные слова)».

Сначала Маша прочитала всю книгу про себя. Потом я прочитала ее про себя. Потом я решила, что этого мало, и почитала Маше вслух избранные места. Потом Маша почитала свои избранные места мне. Потом, обливаясь слезами, мы сдали эту, вдруг ставшую такой значимой, книгу обратно в библиотеку.

Нет, это не главная книга нашей жизни. Но текст настолько разнообразен, настолько не выстроен по линейке, что остается ощущение недочитанности – а это редко бывает с книгами.

Сама пьеса «Большая меховая папа» – вещь известная. Когда у тебя нет никакого папы и не предвидится, он становится чем-то вроде мягкой игрушки – большой меховой папой, к которой хочется прижаться всем телом, когда совсем плохо и совсем край. В этой истории как раз и наступил этот край – учительница английского дошла до такой высокой и такой горячей точки кипения, что велела ученикам привести в школу А-ЦОВ. Когда выяснилось, что за этим таинственным словом скрываются папы, которых ребята в глаза не видели, перед ними встала невыполнимая задача: за выходные добыть где-нибудь таких мужчин, которых можно было бы издали принять за пап, – и учительница довольна, и мам не надо волновать.

Эта книга все таки не для самых маленьких. Но девяти-десятилетним она может открыться во всей своей красоте. И будет продолжать открываться по мере перечитывания в более взрослом возрасте. Особенно, когда эти дети сами станут родителями, которые согласны с тем, что в ребенка надо вкладывать – «вкусности, сюрпризы, подарки, поездки к морю… Вкладывать в ребенка надо побольше чудесного и приятного, а не трясти у него перед носом учебниками и нотными тетрадками!»

Наталья Вишнякова

__________________________________

Астрид Линдгрен «Малыш и Карлсон который живет на крыше»
Астрид Линдгрен
«Малыш и Карлсон, который живет на крыше»
Художник Арсен Джаникьян
Перевод со шведского Лилианы Лунгиной
Издательство «Махаон», 2016

 

Ирина и Леонид Тюхтяевы «Зоки и Бада»
Ирина и Леонид Тюхтяевы
«Зоки и Бада. Пособие для детей по воспитанию родителей»
Художник Елена Кубышева
Издательство «Манн, Иванов и Фербер», 2016

 

Сергей Седов «Сказки про мам»
Сергей Седов
«Сказки про мам. Сборник рассказов для семейного чтения»
Художник Татьяна Кормер
Издательство «Самокат», 2012

 

Ксения Драгунская «Большая меховая папа»
Ксения Драгунская
«Большая меховая папа»
Художник Евгений Подколзин
Издательство «Самокат», 2015

Понравилось! 5
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.