Чтение с препятствиями
11 августа 2016 2612

«Волшебное лекарство Джорджа» Роальда Даля – книга для нас большая. Мы не так уж часто читаем такие. Она долго простояла на высокой «родительской» полке, ожидая прочтения, вместе с книгой «Жирафа, и Пелли, и я». Отвечу честно, почему: я никак не могу поймать общую волну с Далем. Этих книг не было в моем детстве, а когда я стала читать их позже, то, конечно, понимала – то, что пишет Даль, фантазийно и смешно. Но для меня все его вещи казались одинаковыми. Поэтому эта книга оказалась на задворках моего родительского сознания.

Но однажды я вдруг вспомнила, как здорово мы читали «Волшебный палец» Роальда Даля, когда старшему, Никите, было три года. Его впечатлила история о девочке, которая стрельнула из пальца в соседей, убивающих дичь, и те превратились в уток. А утки превратились в людей и заняли человеческий дом. Пожалуй, на то время это была почти единственная прочитанная книга с такой длинной историей. Никита тогда выучил имена и фамилии всех героев, называл их на картинках и просил прочесть историю еще и еще раз.

«Ну надо же, – подумала я теперь. – Моему мальчику нравится Роальд Даль, а я держу его среди книг “на вырост”!» Переставив книги Даля вниз, я обратила на это Никитино внимание. Тот отнесся настороженно, но согласился почитать.

Мы начали с книги «Жирафа, и Пелли, и я». Главный герой по имени Билли проходит мимо своего любимого места в городе, где на доме висит табличка «Сласти» – там когда-то был кондитерский магазин. Но Билли обнаруживает, что дом продан и в нем поселились жираф, пеликан и обезьянка. Они зарабатывают мойкой окон без лестниц, и Билли тут же смог подружиться с ними.

Никита слушал молча, и я не могла понять, нравится ему книга или нет. Младший бодро реагировал на картинки. На том месте, где у Жирафы волшебным образом вытягивается шея, и это вытягивание изображено несколько раз на одном развороте, он изумленно прикрыл ладонью рот: «Ой… Жираф сломался!» Я стала объяснять, что он не сломался, но Никита нетерпеливо перебил: «Да, он не сломался! Просто так нарисовано! Читай уж дальше!» ‒ и мне стало понятно, что Никита весь во внимании. Но сердобольный младший не поверил нам, все качал головой и горестно приговаривал: «Он сломался...»

Иллюстрация из книги Роальда Даля «Жирафа и Пелли и я»

Мы дочитали почти до конца, оставили закладку и легли спать. Утром Никита проснулся и сказал: «Вот так герцог у них, ну и герцог!» Оказалось, что в книге его больше всего впечатлил Герцог Хемпширский – местный богач и владелец поместья с грязными окнами. Еще Никите понравилось часто используемое в книге слово «персона», и мы несколько раз поговорили о его значении. Не дожидаясь вечернего чтения, Никита спросил: «А мы можем дочитать сейчас? Очень уж книжка интересная». Я поинтересовалась, чем ему нравится книжка, но хитрый Никита ответил встречным вопросом: «А тебе?»

Вечером Никита принес на чтение эту же книгу. Я предложила «Волшебное лекарство Джорджа», и Никита согласился. Когда мы начали читать, мой мальчик застыл. Он даже забыл про яблочки, которые дети часто точат во время чтения книг.

Главного героя Джорджа оставляют наедине с капризной и очень ворчливой бабушкой, дав ему наставление напоить бабушку лекарством.

«Джорджу жилось скучно, хоть вой. Играть ему было не с кем: братьев и сестер у него не было, друзей тоже не было», – говорится в книге. «У него что, не было даже игрушек? – удивился Никита. ‒ Ведь он может играть с игрушками, и ему не будет скучно!..»

Я читала, и прямо чувствовала в нем клубок эмоций. В смешных, по моему мнению, местах Никита пугался, а то место, где вредная старушка строит из себя ведьму, и вовсе привело его в ужас.

Младший слушал вполуха и безобразничал. «Какая бабушка? – спрашивал он сам себя. – Что еще за бабушка? Не понимаю!» – и хохотал чему-то своему. Заметив рисунок, где бабушка, выпив лекарство, утоньшается и растёт, он снова прикрыл рукой рот и прошептал: «И она сломалась!..»

Иллюстрации Квентина Блейка к книге Роальда Даля «Волшебное лекарство Джорджа»

«Не мешай! – сердился на него Никита. – Читай, мама, читай!»

Для младшего эта книга оказалась неподъемной, и он быстро отключился, начав прыгать с верхушки дивана нам на головы. Он приземлялся на книжку, на Никиту, на меня, он трепал меня за уши, целовал в щеки, становился на ноги и клал ноги на нас обоих. Так что мы с Никитой читали в настоящих боевых условиях. Но Никита не соглашался прекратить чтение. Ведь Джорджу тоже было нелегко с его бабушкой! Чем мы хуже? Я же всеми силами пыталась показать, что книга смешная – уж не знаю, зачем мне это было надо. Но нет – для Никиты «Волшебное лекарство Джорджа» оказалось серьезной литературой, в которой не место шуткам. Его не рассмешил даже перечень болезней животных, когда Джордж, готовя свое собственное лекарство из всего, что под руку попадется, добрался до фермерской аптечки: «Для кур. Против паразитов, птичьего гриппа, слабости клюва, куриной слепоты, куриной хромоты, кудахтахикардии, недержания яиц и выпадения перьев. Одна столовая ложка на ведерко корма, тщательно перемешать, употреблять с каждым приемом пищи». Правда, его повеселил момент, когда бабушка требовала то ложку к чаю, то размешать чай, то не размешивать чай, то положить сахар, то добавить сахар… Так порой ведут себя и они с братом, требуя, например, «посолить» чай. Что стар что млад…

Дочитав до середины, я попросила пощадить меня. Язык мой уже заплетался, слова еле выговаривались. «Ладно уж», – нахмурился Никита. А на следующее утро он преследовал меня с книгой. Просил почитать, но у меня, как назло, в этот день скопилось множество дел.

«Ох уж эта бабушка, да?..» – заискивающе спрашивал он меня, когда я развешивала постиранное белье.

«Ох уж эта бабушка, вот так бабушка...» – вздыхал он, размахивая книгой, когда я варила борщ.

«Почему она такая?» – спросил он, когда мы собирались на улицу. Я ответила, что люди бывают разными, и бабушка в ее возрасте имеет полное право быть не в себе.

«Что же там дальше с этой бабушкой?» – спрашивал он то и дело.

И вдруг я почувствовала родительское одиночество. Которого еще нет, но которое близится. Потому что Никита уже знает буквы и даже пишет их. Потому что он давным-давно прочитал вывеску «Кафе», а потом слово «молоко», и недавно – слово «сова». Потому что…

Потому что когда он научится читать, то не будет ждать, пока мама освободится, «выпрашивая» чтения. А сядет и дочитает книжку сам, как это делала когда-то я.

Конечно, мы будем продолжать читать вслух, но мой мальчик будет становиться тайной. Как почувствовать этот волнующий клубок эмоций, когда ребенок читает сам? Как узнать, что творится в его душе в это время?

Он начнет еще больше выкристаллизовываться в ту самую «персону», о которой мы с ним говорили...

Так и хочется написать, что, ощутив все это, я тут же бросила все свои материнские дела и бросилась дочитывать книжку. Но нет, мы добрались до нее только вечером. И дочитали до полного исчезновения бабушки (а та уменьшилась настолько, что совсем пропала, – и оставим в стороне все эти рассуждения о морали и этике). И Никиту наконец-то рассмешило, когда, используя новое волшебное лекарство, животные с фермы стали расти не так, как следует. У одной курицы, к примеру, выросла только шея («Ааа, у курицы шея ломается!!!» – запричитал младший). Все-таки за животных Никита не так переживал, как за вредную и скандальную, но все же бабушку.

Сложно сказать, почему я все-таки не махнула рукой на все важные дела. Ведь смогли бы мы как-то обойтись без них денек?..

Наверное, потому что я умею читать, а Никита пока нет, и потому что я по-прежнему не люблю книги Роальда Даля.

Ха-ха-ха.

Наталья Евдокимова

Понравилось! 6
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.