Санкт-Петербург, город на реке Миссисипи…
10 ноября 2015 5546

Лёня учится в третьем классе. Вот уже три года я пытаюсь помочь ему – нет, не полюбить, но хотя бы понять «программные» произведения, которые они в школе изучают по литературе. Какие-то тексты мне кажутся слишком простыми, какие-то ‒ чересчур сложными, «не по возрасту». Но я сильно сомневаюсь, что «пройдя» их в школьной спешке, Лёня захочет вернуться к ним позже. Так получилось и с «Томом Сойером»: мой сын неполных девяти лет не испытывал ни малейшего желания читать эту толстенную книжку, переполненную устаревшими словами и реалиями американской провинции конца ХIХ века. И что делать?

Я долго сомневалась, как поступить. Сам Лёня читать «Тома Сойера» точно не будет. Заставлять его учиться и тем более читать – не в моих правилах. Пусть ограничится двумя главами в учебнике? Прочтет их, «пройдет» с учителем и одноклассниками, выполнит задания в рабочей тетради – и хватит? Или прочесть вслух всю книгу?

Как я ни напрягала свою память, я не могла вспомнить содержание романа. Я даже начала сомневаться, читала ли его вообще? Про покраску забора я, конечно, помню – но что там еще? О каких приключениях речь? Интересны ли они будут современным мальчикам?

Ситуация осложнялась еще и тем, что во время наших вечерних чтений присутствует шестилетний младший сын. И вот уж ему читать «Тома Сойера» наверняка не стоит.

Подумав, я решила рискнуть. Все-таки родители и школа должна быть союзниками, а не врагами, и почему бы мне не помочь школе в таком важном деле, как чтение трудных текстов? Я начала читать, договорившись с детьми, что после первых 10 страниц они сами скажут, стоит ли продолжать чтение.

Все это было в начале сентября, полтора месяца назад. Две главы из «Тома Сойера» третий класс уже давно «прошел», а мы вот до сих пор живем в этой книге. Она настолько понравилась обоим мальчикам, что ее герои стали персонажами их собственной игровой жизни, а цитаты из Марка Твена вошли в их повседневный язык.

Теперь мои дети не просто «бесятся», а «устраивают оргии» (как и Гек Финн, они плохо понимают смысл этого словосочетания, но оно им очень нравится). А когда им надоедает прилично выглядеть и носить одежду, как благовоспитанным мальчикам, они опять ссылаются на Гека – он ведь тоже не хотел носить ботинки! Вообще, Гек запомнился и понравился им больше, чем Том Сойер. Как сказал Лёня, «Гек настоящий. А у Тома всегда все получается, он ничего не боится, все вокруг его любят. Так не бывает».

Иллюстрации Германа Мазурина к книге Марка Твена «Приключения Тома Сойера»

Я очень люблю дополнять и расширять книгу другими культурными событиями – например, спектаклями и кинофильмами. Пару недель назад мы с детьми побывали на спектакле «Том Сойер» в одном из петербургских театров. Ожидая начала представления, дети пытались представить: как такая большая книга поместится в спектакль? Неужели он будет идти целый день? Мы заранее представляли себе, как можно показать на сцене пиратский остров, убийство на кладбище, пещеры…

Спектакль по-настоящему «зацепил» обоих мальчиков – действие было очень динамичным, ярким, эмоциональным. Наверное, сильная эмоция – это самое главное «дополнение», которое спектакль «принес» в книгу. Особенно благодаря музыке.

Лейтмотив спектакля – рэгги; главная песня начинается со слов «Санкт-Петербург, город на реке Миссисипи…». Дети теперь постоянно ее напевают. Смотрели мы этот спектакль в театре, расположенном буквально на берегу Невы. Такое сопоставление двух Петербургов, двух рек – Невы и Миссисипи – позволило нам вдоволь пофантазировать: на обратном пути, переходя через длинный-длинный мост, мы представляли, как по этой реке плывет плот с Томом, Геком, Джо, играющими в пиратов. И мои мальчики тоже «превращались» в пиратов.

Сцены из спектакля

Посмотрели мы и два фильма по «Тому Сойеру» ‒ старый советский фильм Станислава Говорухина 1981 года и немецкую экранизацию 2011 года. Лёне понравились оба, хотя немецкий – чуть больше. «Потому что там больше похоже на правду», ‒ сказал он. Действительно, немецкий фильм отличается достоверностью деталей. Например, Лёню очень занимало, как организовано жилище Гека – ведь он ночует в бочке! И вот здесь впервые стало ясно: огромная бочка лежит горизонтально, нижняя ее часть врыта в землю, а верхняя служит крышей.

Интересно, что в каждом из «жанров» дети обнаруживали какую-то новую сюжетную линию, то, чего не замечали раньше. Например, в книге их больше всего интересовали подробности убийства и дальнейшие приключения Тома и Гека, связанные с этим событием ‒ суд, слежка за Индейцем, охота за сокровищами… В театре они осознали еще одну линию – любовную. Неожиданно для меня она особенно заинтересовала младшего сына, Платона. Мы долго с ним потом выясняли – как это можно одновременно любить кого-то и делать ему всякие гадости?

После просмотра фильмов добавилась и еще одна линия, которая очень ярко прорисована и в советском, и в немецком фильме – школа. Платон пока в школу не ходит, но вот Лёня был очень возмущен розгами и другими методами школьного обучения.

А я в очередной раз поблагодарила судьбу за возможность проживать вместе со своими сыновьями их насыщенное, интересное детство.

Анна Рапопорт

Понравилось! 15
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.