Даша Димитрова: «Хороший художник своими произведениями обязательно рассказывает историю»
1 июня 2022 457

Тема эмоционального интеллекта в последние годы стала одной из основных в детском книгоиздании. Недавно издательство «Самокат» запустило новую серию с говорящим названием «Зверотерапия». Каждая книга серии (пока их вышло две) соединяет рассказ о каком-либо животном и «проживание» одной из эмоций. О замысле серии мы поговорили с ее автором и художником Дашей Димитровой.

– Даша, расскажите, как вы выбираете животных и эмоции для каждой книги? Что вас увлекает в работе над этими книгами?

– Мне показалась очень интересной идея, что у каждого вида животного есть какая-то своя доминирующая черта характера. Это может быть связано с анатомией зверя, с климатом, в котором он живет, или с его образом жизни – есть где разгуляться фантазии. Ну и эмоциональные проблемы отсюда же. Я стараюсь исходить из индивидуальных особенностей зверя, наделяя его характером. И мне очень интересно рисовать разные климатические зоны. Наверное, это главный критерий моего отбора. Тундра, джунгли, тропические леса, средняя полоса, высокогорья – все это такое разное, и про все хочется поговорить на визуальном уровне.

– А как вы для себя объясняете название всей серии?

– Название «зверотерапия» можно понимать двояко. С одной стороны, звери сами себе помогают (их подталкивает случай) разбираться со своими эмоциональными зажимами и акцентуациями. С другой стороны, это отсылка к способности животных чувствовать боль человека и исцелять ее. Котики, например, приходят полежать с больным хозяином и лапами массируют больное место. Во Франции в Реннском университете провели исследование и установили, что собаки могут ощущать приближение эпилептических припадков у своих хозяев по запаху, и это помогает вовремя принять необходимое лекарство. И таких примеров много. Надеюсь, что наши звери тоже смогут помочь читателям лучше понимать себя и проживать свои чувства осознанно.

– Насколько я знаю, вы получили медицинское образование и у вас есть опыт работы в больнице. Это как-то влияет на вашу работу детским иллюстратором и автором?

‒ Я действительно работала врачом, правда, гинекологом. Но при обучении в институте меня очень интересовал курс психологии и психиатрии – наверное, это был самый запоминающийся из институтских предметов. Возможно, это каким-то образом помогло мне прийти к теме эмоционального интеллекта. Ну и в рисовании знание анатомии тоже очень помогает.

– В истории русской литературы можно вспомнить немало «докторских» имен. А что вас заставило сменить профессию?

– Тут у меня как в поговорке: не было бы счастья, да несчастье помогло. Я проработала в скоропомощной больнице примерно год и серьезно заболела. На больничном я провела столько времени, что успела получить второе высшее образование в Строгановке. Сначала делала это просто для себя. Но когда вернулась работать в больницу, грянула реформа здравоохранения, которая сделала жизнь врачей совершенно невыносимой (во всяком случае, в нашей больнице). Тогда я ушла и поставила жирный крест на себе как на докторе. Надо сказать, стать врачом я никогда не стремилась, но поскольку я родилась в семье, в которой все врачи до четвертого колена, – не думала, что у меня есть выбор. Оказалось, что есть. Я пошла преподавать академический рисунок и живопись в частную школу, параллельно повышала квалификацию в Британке на курсе «иллюстрация». А потом стала иллюстратором детских книг – прямо как в мечтах детства.

– Книга про моржа написана от имени взрослого зверя, а книга про тигра – от имени малыша-тигренка. Так и было задумано, возраст героя не принципиален?

– Мне кажется, главная составляющая детских книг – отождествление себя с персонажем. Поэтому даже если главный герой – отрицательный, он не должен вызывать абсолютное отвращение. Это для всех книг важно, не только для детских, – многогранность персонажей. Когда я работала над книгой про тигренка, я как раз была беременна, и после родов еще продолжала ее дорисовывать. У меня было некоторая зацикленность на детях в этот период жизни. Поэтому появилась мама тигрица, а главный персонаж стал тигренком. В книге про Моржа (и в следующих книгах серии) я не хочу акцентировать внимание на возрасте героев. Морж, действительно, кажется довольно взрослым, однако его проблемы вполне характерны для детей.

– В книге «Морж» вы указаны единственным автором (и художником), а у «Тигра» есть еще и соавтор – Ольга Дергачева. Расскажите, как строилась ваша совместная работа? Кому принадлежит идея книги?

– Оля проделала очень важную работу в книге про тигренка: придала герою характер через языковые особенности, снабдила историю увлекательными зоологическими фактами, а больше всего мне нравится, что благодаря ей звери рычат, жужжат и очень натуралистично кричат. Сюжет и черновой текст были моими. Но вся наша команда вкладывает очень много своего труда в то, чтобы книга сложилась. Без нашего гениального арт-директора и выпускающего редактора, который все координирует, ничего бы не получилось – спасибо им огромное.

– А что для вас первично ‒ вы художник или писатель?

‒ Для меня эти понятия равнозначны. Хороший художник своими произведениями обязательно рассказывает историю. Даже если это не серия иллюстраций, а станковая живопись, или контемпорари, или скульптура. В них обязательно есть история, только более емкая, чем в книжных иллюстрациях.

Беседу вела Анна Рапопорт

Понравилось! 1
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.