Разности из шкатулки
19 февраля 2020 796

Сегодня все чаще появляются книги о том, что все люди разные, что все могут быть разными: отличаться внешним видом, качествами характера, особенностями развития, образом жизни, стремлениями, – и при этом все одинаково важны, все одинаково имеют право на уважение, дружбу, поддержку. Как правило, эта тема раскрывается через одного главного героя: можно вспомнить Элмера, слона в клеточку, Пса из книги «Пес не тот», супербыстрого Игната из «Я не тормоз», Августа Пуллмана из «Чудо» и многих других. Но интересно поговорить о разности, фокусируясь не на одном герое, а на мире в целом. О разной разности. Это можно сделать на примере книги Алены Кашуры «Шкатулочные истории».

Герои «Шкатулочных историй» – приборы и материалы для рукоделия, которые автор наделяет характерами и одушевляет. От рассказа к рассказу мы знакомимся с жителями Шкатулки, среди которых нет одного главного героя. Здесь главными являются сразу все: Иголка, Нитка, Ножницы, Наперсток, Бусина, Мелок, Вязальный крючок, Алая лента, Пряжа, Сантиметр, Резинка, Бегунок с мамой-Молнией. Даже не зная сюжетов рассказов, легко представить, что может отличать одного жителя шкатулки от остальных.

Вот Иголка. Она какая? Ой, точно острая!

Вот Нитка. Она какая? Суровая – такую не порвешь!

Вот Ножницы. Они какие? О, они очень основательные, открывают рот «лишь в крайних случаях: сказать “да” или “нет”»...

А вот Бегунок. Он какой? Страшно непоседливый! Целыми днями носится по зубцам мамы-Молнии, потому что «мечтает поставить рекорд по скорости».

Такой мир, в котором главными героями являются сразу все персонажи, не делится на черное и белое, на героя и антигероя, и выбирать себя, свое дело и свою судьбу, в этом мире можно не из двух полярных точек зрения, а из самых разных.

Но как же быть, если трудно вот так сразу увидеть себя в ряду других? Этим вопросом задается Бусина, которой хочется быть особенной: «Но как это сделать, если у тебя двести сорок четыре сестры? И все вы круглые, перламутровые, ‒ похожие друг на друга, словно капельки. “Ни тебе крапин на животе, ни полосок на спинке”…» Бусина пытается найти себя и решает отличиться с помощью Нитки, Фломастера, Гуаши… Однако внешние поиски не дают нужного результата, и тогда помогает тот, кто уже знает себя. Алая лента, утешительно обняв Бусину мягкими кольцами, объясняет, что «лишь то, что внутри, делает нас непохожими друг на друга». Тогда Бусина прислушивается, размышляет и наконец-то понимает, что же на самом деле ее отличает от других – мечты. «Бусина никогда не хотела сидеть на нитке и украшать одежду, как ее сестры. Она мечтала укатиться под кровать, исследовать дальние комнаты и просто путешествовать...»

Shkatulochnuye istoryiy_illustr 2

А там, в путешествиях… Там ведь тоже – самые разные герои. На далеком столе стоит Швейная машинка. В верхнем ящике комода живет Веревка. А еще у Шкатулки есть сосед Утюг. Эти персонажи находятся за пределами мира Шкатулки, но они такие же герои книги, как и жители Шкатулки. Разность своих оказывается так же ценна, как разность чужих. И именно это уважение к чужой разности играет свою роль в моменты внешней беды ‒ например, когда Сорока решает утащить Крючка, или помощи тем, кто в ней нуждается, как в истории с Лоскутками. И именно в таком мире не приживается тот, кто очерняет других ‒ как маленькая блестящая Страза, которая пропадает из Шкатулки, едва в ней появившись.

Важно, что герои книги отличаются не только друг от друга ‒ они могут быть разными внутри себя. Вот Иголка острая: она может «уколоть острым словом в больное место», поэтому все, кроме Наперстка, боятся ее колкостей.

А вот Иголка остро чуткая, потому что у нее есть ушко, и «даже самые дальние, самые тихие скрипы и шорохи» не проскользнут мимо него.

А вот Иголка остро страдающая: однажды она так устает от снующего туда-сюда Бегунка, что хочет его пришить, а потом мучается от своих колючих мыслей.

А вот Иголка остро восхищенная: она с благоговением смотрит на Швейную машинку, с которой можно невероятно быстро строчить швы…

В разных ситуациях – разная Иголка. Но это одна и та же Иголка. И эта разность, как и в случае с миром, показывает нам, что можно не загонять себя в рамки только одного образа или одного типа поведения, а можно чувствовать себя по-разному, позволить себе быть разным.

Именно эта разность ‒ снаружи, когда герои отличаются друг от друга, и разность внутри одного героя ‒ приводит к тому, что с героями случаются самые разные истории, благодаря которым они получают разный опыт и полнее, точнее обживают свой мир, потому что постоянно взаимодействуют друг с другом. Мелок помогает Сантиметру измерить припуски на швы, намечает для Бусины маршрут для путешествий и рисует на ткани узор, который будут вышивать Иголка и Нитка... Крючок кружится в танцах с Ниткой и Пряжей, цепляется к Алой ленте и спит в чехле с Ножницами… Каждому в этом мире находится свое место. А когда находишься на своем месте, есть возможность помогать другим.

Однажды в Шкатулке появляется целый ворох Лоскутков, которые тоскуют о прошлом, когда они «были платьями, ниспадали складками, блистали стразами…» Лоскутки тоскуют, но «время ‒ не пяльцы, его не повернуть», и жители Шкатулки помогают им устроить будущее. Ведь «маленькие всегда могут стать чем-то большим и нужным, если объединятся», считают жители Шкатулки – и вскоре из Лоскутков возникает красивая Салфетка. И теперь уже она, получив свое место в мире, может помогать – бережно укрывать собой старенькую Шкатулку.

Shkatulochnuye istoryiy_illustr 1

Книга заканчивается деликатной историей о серой веревке из верхнего ящика комода, которая старательно трудилась всю жизнь, пока не стала совсем короткой. «Что же хорошего сделать напоследок?» – подумала Веревка и решила завязать на память узелки – «Чтобы сберечь воспоминания о жителях шкатулки». Узелок за узелком – и Веревка превращается в кружевную бабочку, которая улетает в окно рассказывать истории всем тем, кто захочет их услышать.

Алена Кашура называет эту бабочку памятью. А мне еще раз хочется отметить, что эта память складывается из историй о том, что герои ‒ разные. И я вижу особенный смысл в том, что эта современная мысль воплощена в книге с героями, которые в сегодняшнее время гаджетов могут считаться старомодными. Но разве принятие чужой разности и уважение другого можно назвать старомодным? И возможно ли принятие и уважение без памяти и без историй о том, что есть другие?

Анна Анисимова

_________________________________

Shkatulochnuye istoryiy
Алена Кашура
«Шкатулочные истории»
Художник Вадим Челак
Издательство «Речь», 2019

Понравилось! 6
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.