Ирина Зартайская: «Хочу, чтобы все всегда заканчивалось хорошо!»
25 декабря 2019 1513

Ирина Зартайская – одна из самых издаваемых современных детских писателей, автор уже около тридцати книг. В основном она пишет для дошкольников и младших школьников, но недавно вышла ее подростковая повесть «Айасель. Вечер в степи». Книги Зартайской отличаются какой-то особой легкостью. Даже когда она говорит с детьми о сложных вещах, это получается легко, светло и радостно. Журналистка Мария Третьякова побеседовала с писательницей о творчестве, ее новых и старых книгах, взглядах на мир и о том, как она все успевает.

‒ Ирина, недавно состоялась презентация вашей новой книги из серии «Пряник и Вареник» – «Семь цветов лета». Поэтому давайте начнем с нее. Расскажите, как появились эти герои.

‒ Издательство попросило меня придумать серию про двух друзей. Никаких условий, кто это должен быть – мальчики, девочки, звери, – не было. И я предложила сделать главными героями барсука и бурундука, потому что они довольно редко встречаются в книгах, все больше зайчики, лисички, котята. Я сразу сказала, что их будут звать Пряник и Вареник. Меня спросили, почему? Дело в том, что у меня есть лучшая подруга Оля. Она всегда хотела назвать своего домашнего любимца одним из этих имен. Но в детстве у нее была кошка, которую так не назовешь, она была Лизой. Когда Оля вышла замуж, у нее появилась собака. Она сказала мужу: давай это будет Пряник или Вареник? Но муж сказал, что это глупое имя для собаки-лабрадора, и выбрал серьезное имя – Бонифаций. Через какое-то время Оля снова вышла замуж и завела кота. И снова он не получил желаемое имя, муж назвал кота Мурзик. И тут уже вмешалась я и пообещала Оле, что у нее будут ее Пряник и Вареник. И придумала таких героев.

Но хотя я знала, что Пряник и Вареник – это барсук и бурундук, визуально я их себе никак не могла представить. И тут на помощь пришел Олег Гончаров. Я много лет хотела работать именно с этим художником, мне очень нравились его иллюстрации. Несколько раз я ему писала, предлагала проиллюстрировать какую-нибудь мою книжку, и он…

‒ Согласился?

‒ Нет! Он четыре года не соглашался, говорил, что очень занят. В итоге ему из четырех издательств написали, что предлагают проиллюстрировать мои книжки, поскольку я везде говорила, что хочу работать с ним. Тогда он, видимо, понял, что у него нет выбора, что ему придется это сделать. (Смеется.) Из всех предложений он выбрал Пряника и Вареника и стал их папой. В издательстве нас так и называют – папа и мама Пряника и Вареника.

‒ Как вы думаете, в чем секрет их популярности среди читателей?

‒ Мне кажется, это в большей степени заслуга Олега. Таких умилительных, добрых и приятных персонажей не так часто можно встретить. Многим нравится то, что это сериал и герои переходят из одной книги в другую. Кроме того, издательство очень тщательно подходит к выбору темы, они совещаются с психологами, отбирают несколько тем, на которые лучше написать, а потом предлагают их мне. Так что эти книжки – это труд многих людей.

Pryanik i Varenik_illustr

Новая книга, «Семь цветов лета», посвящена изучению цветов радуги. Каждая страница начинается с одного из слов известной фразы для заучивания цветов – «Каждый охотник желает знать, где сидит фазан». В конце ребенку предлагается соединить первые слова всех разворотов и составить предложение, благодаря которому он запомнит все цвета радуги в игровой форме.

‒ Я знаю, что сейчас вы готовите новую серию книг про эмоции. Расскажите о ней.

‒ Это будут книжки-картинки с небольшим количеством текста. Каждая будет посвящена отдельной эмоции – радости, злости и так далее. У меня сразу возник образ ребенка, который сравнивает себя с разными зверями: «Я злюсь, как… Я пугаюсь, как…» Вся книга будет построена на сравнениях и иллюстрациях. Это поможет ребенку визуализировать свои эмоции, проводить параллели. Но в конце герой всегда будет «превращаться» в самого себя.

‒ Сейчас очень популярны книги на развитие эмоционального интеллекта. Ваше мнение как мамы – они действительно приносят пользу или это дань моде?

‒ Я тоже об этом задумывалась. Я считаю, что многое зависит от книги. Должно сложиться такое точное сочетание ребенка и книжки. У моего сына такое было с моей книжкой «Никто меня не любит». Как-то мы с Матвеем очень эмоционально спорили, и он сказал: «Да меня никто не любит!» И в этот момент мы с ним замерли, друг на друга посмотрели ‒ и расхохотались. Вот так это работает. Внезапно. А не так, что ребенок прочитал и осознал: вот тут я поступаю неправильно.

‒ У вас много разных книг, сделанных совместно с разными художниками. Расскажите, как строится ваша работа. Вы сами выбираете художника? Высказываете ему какие-то пожелания или даете полную свободу?

‒ Художник абсолютно свободен. Мы соавторы. Я создала текст, но после этого я ушла. И теперь автор – художник. И он творит свое. Наверное поэтому у нас всегда все удачно получается. Я не помню, чтобы хоть раз случилось несовпадение иллюстраций и текста. Когда художников не ставишь в рамки, они всё правильно делают. А когда ограничиваешь человека, он начинает чего-то опасаться и работать не с полной отдачей.

Художники очень редко в процессе работы присылают мне эскизы. Только по своему желанию, если хотят поделиться или посоветоваться.

‒ То есть обычно вы видите уже конечный результат.

‒ Да, для меня это всегда сюрприз, и мне это нравится. Когда прекрасная Маша Судовых проиллюстрировала мою книгу «Океаны между нами», это был очень большой сюрприз. Я вообще не так ее видела. Маша все перевернула с ног на голову и создала то, чего я и представить себе не могла. Иллюстрации сильные, глубокие, вдумчивые… И, увидев их, я сразу поняла, что это именно то, что должно быть. Именно так, а не иначе. И это классно.

Okean mezhdy namy_illustr

По поводу выбора – иногда я сама предлагаю издательству художника. Так было с Олегом Гончаровым, с Лизой Третьяковой. Но далеко не всегда.

‒ А как было с Ассоль Сас, потрясающей художницей, проиллюстрировавшей вашу повесть «Айасель. Вечер в степи»?

‒ Я Ассоль знала по другим ее книжкам, которые выходили в издательствах «Премудрый сверчок» и «Серафим и София». Меня поразили ее картины. И когда у меня появилась идея книжки про казахскую степь, я вспомнила, что есть такая художница из Казахстана, и подумала, что было бы здорово, если бы именно она, знающая эту культуру изнутри, добавила бы книге национального колорита. И я сказала директору издательства «Поляндрия» Дарине Якуниной, что хочу работать с Ассоль. Издательство с ней связалось, и она согласилась. Это был очень большой подарок для меня! Спасибо Дарине, которая всегда идет навстречу!

Ayasel vecher v stepy_illustr

‒ «Айасель» – ваша первая подростковая книга?

‒ Нет! У меня есть повесть для подростков «Он мне приснился», которая вышла много лет назад. Она про любовь, подростков, дачу, я вспоминала какие-то свои ранние влюбленности… Это был мой первый опыт написания такого большого текста.

Мне хотелось снова написать книгу для подростков, но было страшно. Желание все росло и росло, и в итоге я написала весь текст за неделю. И после этого все сложилось – как по волшебству появилась замечательная Салтанат Эргашева из Казахстана. Она попросила разрешения перевести какую-то из моих книг на казахский. И я поняла, что она встретилась мне не случайно: я ведь как раз искала переводчика для казахских легенд, которые хотела включить в книгу.

‒ У вас не было опасений, что книгу не примут из-за того, что жизнь в казахской степи далека от современных городских подростков?

‒ Наоборот, мне показалось, что это классно. Мы живем, и вокруг нам все знакомо и понятно, а тут вообще другая планета! Лишь очень немногие подростки были в степи и видели эту жизнь своими глазами. И мне хотелось попробовать рассказать ребятам о том, что происходит вне привычного им мира с гаджетами, торговыми центрами, кино и прочим. Хотелось, чтобы дети немного вышли за рамки привычной реальности и познакомились с другой культурой.

‒ Почему у этой истории хеппи-энд?

‒ Потому что я люблю хеппи-энды. Я считаю, что всё всегда должно заканчиваться хорошо. Почему я люблю детскую литературу? Потому что во взрослой жизни у нас столько проблем и заморочек, так пусть хоть в книгах все будет хорошо! Я не говорю, что не должно быть по-другому, но для меня лично книги – это волшебный мир, в котором мне хорошо, комфортно и приятно. А чем больше мы думаем о прекрасном и чудесном, тем больше его вокруг нас. Хочется в это верить, правда же? Как в Деда Мороза!

‒ В книге описана довольно патриархальная семья, в которой родители, согласно многовековой традиции, сами выбирают жениха для дочери. А когда она отказывается выходить за него замуж и говорит, что любит другого, очень быстро с этим соглашаются. Почему? Ведь это могла бы быть такая казахская «Ромео и Джульетта»…

‒ Если честно, я была в шоке, когда увидела, что моя книга попала на какой-то феминистический форум! (Смеется)

‒ А вы не закладывали такие смыслы? Победа над патриархальным обществом, свободный выбор женщины и так далее.

‒ Нет. У меня было так: живет эта девочка в степи, не думает ни о чем, даже не осознает, что любит этого мальчика, Ыскака. А родители… Они ведь не заставляют ее выходить замуж за Айдара, они предлагают. Как любые любящие родители, они пытаются показать все плюсы того, что она может получить. Они живут в маленькой юрте, им тесно, у них сын подрастает. А дочке вроде бы уже пора замуж. И тут так удачно появляется подходящий, по их мнению, жених. У меня в мыслях не было того, что они на нее напирают, что это традиция. Может быть, поэтому и кажется, что родители легко передумали. Но ведь Айасель сама принимает решение.

‒ Возможно, на такой эффект сработало именно место действия. Если бы дело происходило в большом городе, а не в степи, ни у кого бы мыслей о традициях и борьбе с ними не возникло.

‒ Так я и хотела показать, что проблемы везде одинаковые. Неважно, где ты живешь, в юрте или в большом городе. Есть вещи, которые одинаково волнуют всех. И если ты слушаешь свое сердце, то все препятствия преодолимы. Иногда для того, чтобы что-то понять, нужно пройти через душевное потрясение. Айасель ведь не понимала, что любит Ыскака, до того, как к ней посватался другой человек.

‒ Хотелось бы, чтобы все подобные истории в реальности заканчивались так же, как в вашей книге – чтобы каждый человек мог сам решать, с кем ему жить, кого любить, не оглядываясь на традиции и общественное мнение.

‒ Конечно. Но при этом хочется объяснить подростку, что родители тоже не со зла действуют, они хотят, как лучше. И одновременно хочется родителям напомнить, что ребенок – это человек. Да, пока не взрослый, но у него своя жизнь, он личность.

Это такое обращение к подросткам и их родителям: подростки, не обижайтесь, а взрослые ‒ не напирайте! Постарайтесь понять друг друга!

‒ При всей любви к хеппи-эндам у вас есть книги на довольно сложные темы – «Все бабушки умеют летать», «Я слышу», «Океаны между нами». Как правильно говорить о сложном с детьми?

‒ Когда я писала, то не думала: «Я сейчас пишу книжку про смерть, чтобы рассказать детям про смерть». Или: сейчас я напишу про глухого ребенка, чтобы показать, что есть такие дети. Просто так получилось.

«Все бабушки умеют летать» – книжка, которая не могла не быть написана. Когда у меня «улетела» бабушка, мне было уже 25 лет, но это была моя первая потеря, и я очень тяжело ее переживала. И пока я не написала книгу, меня не «отпустило». Для меня это было освобождение. Несмотря на тяжелую тему, книга заканчивается надеждой. Так что это тоже «хеппи-энд».

Что касается того, стоит ли об этом говорить с детьми… Ну, это же наша жизнь. Старички умирают… это закономерно, это часть жизни. И это надо пережить со светом внутри.

Идея книги «Я слышу» пришла ко мне внезапно. Я услышала хлопок и подумала: надо же, а ведь есть люди, которые этого не слышат! Наше общество ограждается от таких людей, их отодвигают от «нормальных», как их называют, людей. Особенно от детей. Я недавно столкнулась с такой позицией одной из мам в детском саду, которая сказала, что «здоровому щенку больного не показывают». Поэтому когда дети встречаются с людьми, которые на них не похожи, их реакция – страх. Они не знают, как общаться. И мне кажется, что такие книги могут помочь.

Однажды на мою встречу с читателями, посвященную книге «Я слышу», пришел неслышащий дяденька, в возрасте уже. Ему сурдопереводчик переводил все, что я говорила. В конце встречи он встал и заплакал. Он сказал, что это первая подобная книжка для детей, которую он увидел. Если бы у него была такая книжка в детстве, ему бы было легче. Потому что детям, которые не слышат, тоже важно, чтобы про них помнили, чтобы не отодвигали, не смеялись над ними.

За границей таких книг много, там общество открылось этому. А мы все еще боимся. До сих пор издательства плохо принимают такие книги. Потому что родители этих тем боятся. У меня есть несколько книг, которые не публикуют.

‒ О чем эти книги?

‒ Об «особенных» (как их называют) детях. На рынке есть несколько книг на эту тему, и, видимо, считается, что этого достаточно. Тема не особенно популярна среди родителей, ее опасаются. Но я верю, что если издателя зацепит история, он издаст ее, несмотря ни на что. Как это было с книгами «Я слышу» и «Все бабушки умеют летать».

‒ Давайте как раз вернемся к этой книге. Вы посоветовали бы ее читать только в том случае, если ребенок уже столкнулся со смертью близкого человека, в качестве терапии, или независимо от этого, просто как художественную историю?

‒ Я верю, что книги, как и все остальное в жизни, приходит в тот момент, когда это необходимо.

Мы, взрослые, почему-то считаем, что дети воспринимают все так же, как мы. Но они видят мир по-другому. Я не встречала ни одного ребенка, который плакал бы над книгой «Все бабушки умеют летать». Взрослых встречала, а детей – никогда. Они улыбаются, им весело. К концу, конечно, веселье проходит, они задумываются, но в любом случае история наводит их не на страдание, а на какие-то интересные рассуждения.

Нельзя сказать: эта книжка для одной ситуации, а эта – для другой. В нужный момент они сами сработают.

Vsye babushky umeyut letat_illustr

‒ Мой последний вопрос прозвучит банально, но все-таки: как вы успеваете так много писать? Я помню, как год назад шла по выставке «Non/fiсtion», и практически с каждого стенда детских издательств на меня смотрела надпись «новая книга Ирины Зартайской». В этом году – почти то же самое.

‒ Я не знаю. Спасибо моей счастливой звезде, наверное. И людям, которые меня окружают. Что ни человек – то сокровище! Все какие-то волшебные, талантливые, добрые и отзывчивые… Редакторы, художники, читатели, писатели, друзья и просто случайные знакомые…

Ведь мои тексты долго не брало ни одно издательство. Современный русский автор, молодая, тогда еще, девочка… Никто не хотел рисковать. А я брала нахрапом ‒ просто отправляла рукописи, и отправляла, и отправляла. Мне кажется, что я просто всех достала. (Смеется) А потом просто повезло, я подхватила какую-то волну. Но это же все временно. Сейчас так, а через год все может измениться…

Беседу вела Мария Третьякова

____________________________________

Книги Ирины Зартайской, которые упоминаются в интервью:

Я слышу »
Пряник и Вареник. Семь цветов лета »
Все бабушки умеют летать »
Никто меня не любит »
Океаны между нами »
Айасель. Вечер в степи »

 

Понравилось! 10
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.