Дача как зеркало русской жизни
15 мая 2018 812

Стоит солнцу по-настоящему пригреть головы жителей мегаполисов, стоит только показаться первой травке, как в субботнюю электричку с утра уже не втиснешься. Велосипеды, лопаты, саженцы, дети, собаки в намордниках и без… На шоссе – пробки. Началось Великое майское переселение горожан на дачу. Так выросли мы, так до сих пор живут многие семьи. Есть что-то незыблемое и важное в этом ежегодном ритуале. Недавно в издательстве «Пешком в историю» вышла книга, посвященная истории и современности дачной жизни. И вдруг оказалось, что обычная пригородная дача – это целый неизвестный материк, вроде Швамбрании Льва Кассиля, со своей историей, географией, законами и фольклором. Недаром русское слово «дача» перекочевало во многие языки мира.

Я хорошо помню бабушкины «шесть соток» с крохотным одноэтажным домиком без признаков забора (членам советского садового товарищества не полагалось пестовать частнособственнические настроения). Буквально каждый сантиметр земли, не считая нескольких дорожек и дощатого туалета, были засажены и окультурены. Мы с братом, присылаемые к бабушке на лето, разумеется, тоже должны были пропалывать грядки и собирать фрукты и ягоды. И никаких «не хочу»! Гулять можно было только после «трудового десанта». Впрочем, и соседские ребята жили по тем же правилам, так что до обеда улица пустовала. И ни у кого не возникало мысли, что может быть по-другому. Точно так же выросла моя мама, которая и до сих пор любит копаться в земле. А мои собственные дети, живущие круглый год в просторном коттедже, с садом и огородом под окнами детской, не очень-то рвутся в «поле». Они дачники третьего тысячелетия, как и герои самых последних страниц книги Евгении Гюнтер «На дачу! История загородной жизни». Почему такое разное отношение к жизни на природе у разных поколений горожан? Этот вопрос возник практически сразу, как только мы начали читать.

Наверное, если бы эта книга была сборником забавных историй, рецептов и хозяйственных советов, детям сложно было бы разобраться с этим самим, без подсказки взрослых. Но Евгения Гюнтер задала именно исторический вектор развития «дачной» темы. И мои читатели шести и девяти лет не только моментально заметили, что дачная жизнь за сто последних лет претерпела существенные изменения, но и почувствовали, что именно трагический ход отечественной истории в XX веке оказал очень серьезное влияние на изначально мирный и уютный дачный мирок.

В коротких рассказах перед читателем открывается панорама дачной повседневности с ее милыми подробностями, причем автор выбирает для каждого десятилетия свои характерные, запоминающиеся детали. Домашние спектакли, дачные балы в белых платьях и парусиновых пиджаках, утренние крики разносчиков молока и вечерние прогулки на станцию, чтобы встречать папу «со службы» ‒ это дореволюционные 1900‒1910-е годы прошлого столетия. Ведомственные дачи ответственных советских работников, гамаки и кресла-качалки на дачах советской интеллигенции, крохотные подсобные хозяйства рабочих, засаженные картошкой, – так выглядит загородный мир 30 х годов. Вот когда, оказывается, возникает устойчивая советская дачная «традиция» ‒ превращать землю вокруг дачного домика в огород, с которого семья кормится всю зиму. Дойдя до этих страниц, вполне уместно, мне кажется, поговорить с детьми о том, почему именно в это время дача из места отдыха стала для большинства семей именно подсобным хозяйством.

Illustr 1

Между тридцатыми и пятидесятыми уместилось и военное время, которое для наших детей становится все более смутным и далеким по совершенно объективной причине ‒ полной невозможности пообщаться с живыми участниками событий. Но вот такой неожиданный поворот к войне – через «дачную тему» ‒ добавляет детям еще один шанс к пониманию, что же такое произошло тогда с нашей страной.

Эпоха 50–80-х, прошедшая под лозунгом «Все лучшее ‒ детям!», представлена в книге описанием жизни загородной дачи детского садика и садовых товариществ, где каждому полагались те самые знаменитые «шесть соток», в качестве существенного подспорья к небольшой зарплате советских инженеров.

Illustr 2

Так, от десятилетия к десятилетию, у читателя складывается довольно объемный образ дачного мира, а параллельно ‒ и отечественной истории прошлого века, которая открывается через неожиданные подробности. Например, только в этой книжке нам впервые попалось описание торговцев-разносчиков, ходивших в дореволюционные годы от дачи к даче с молоком или городскими сладостями. До сих пор о таких вещах мои дети узнавали в моем пересказе мемуаров известных людей, адаптированном для их понимания. Только отсюда они узнали о «циклистах», нарушавших покой дачников в начале века треньканьем своих велосипедов. А им-то казалось, что загородная жизнь и «велики» ‒ вещи неизменные и вечные, как солнце на небе.

Вообще, мне кажется, может получиться очень интересный читательский опыт, если попробовать параллельно читать сразу две книги – «На дачу!» Евгении Гюнтер и «Историю старой квартиры» Александры Литвиной и Анны Десницкой. Они очень похожи стилистически, и такое параллельное чтение «по десятилетиям» наверняка даст детям много нового для выстраивания образа советской жизни, который постепенно складывается в их головах. Мне очень нравится эта тенденция последних лет – знакомить детей с противоречивой отечественной историей не только через биографии знаменитостей, политические реформы, развитие экономических систем или внешнеполитические сюжеты, хотя это тоже нужно и важно. «Частный» взгляд на историю через повседневность помогает поддерживать у детей живой интерес к прошлому своей страны и семьи, он близок абсолютно всем детям, а не только любителям толстых книг. Потом, в средней школе, это «частное» видение эпохи многократно выручает, когда приходится продираться через не всегда живые и образные тексты учебника по истории.

О работе иллюстратора книги Олеси Гансеровской ‒ особый разговор. Рисунки делают книгу «атмосферной», с ними читатель по-настоящему погружается в пеструю дачную вселенную. Благодаря им обнаруживаются не только приметы определенного десятилетия, явленные в стиле дачного домика или одежде его обитателей, но и вещи вневременные, нематериальные, которые передают дух, настроение дачной жизни. Форзацы книги напоминают пестрое деревенское одеяло в технике «пэтчворк», на страницах читателя окружают симпатичные загорелые детские лица, сиреневые сумерки вечернего сада, блеск июльского озера, нежно-зеленая майская травка, бурая распаханная земля огорода, огромный колорадский жук, пожирающий картошку… Почти каждый разворот вызывает у детей вопросы, а у взрослых – воспоминания. Что это за игра – «петушок или курочка»? Да мы в нее играли целыми днями в траве! Что, вы и воздушных змеев запускали? Конечно! И салат из крапивы и подорожников тоже делали, и куколок из прутиков и одуванчиков, вымоченных в луже. Что уж говорить об индейцах и «казаках разбойниках», которые переходят из поколения в поколение.

Illustr 3

Под обложкой «Истории загородной жизни» собрана великолепная коллекция всевозможных дачных игр, придуманных за сто лет. О некоторых из них я совершенно забыла, а вот теперь они разыгрываются моими собственными детьми. Что очень важно ‒ игры не только описаны и нарисованы, здесь подробно и понятно изложены их правила, и совсем не сложно научиться играть в «буриме» или «шарады» дождливым днем, а в ясную погоду можно построить плот или превратиться в индейцев и «бледнолицых». Или сделать «цветочный маникюр» и «ювелирные украшения» из растений. Разумеется, авторами не забыты и современные дачные забавы, вроде летающей тарелки-фрисби и игры с мячами «петанк». Так что, если, уезжая на лето из города, прихватить эту книжку с собой, никто из маленьких жителей больших городов не будет скучать на даче, даже при отсутствии Интернета.

А можно попробовать и самим дописать страницы этой необычной дачной энциклопедии, вставив туда правила собственных игр или новый рецепт варенья и яблочного пирога. Благо, дачный сезон открыт!

Елена Литвяк

Понравилось! 6
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.