Андерс Н. Кваммен: «В ситуации школьной травли необходимо действовать, а не терпеть»
11 мая 2018 647

В европейской культуре комиксы давно вышли за рамки исключительно развлекательного жанра. Рядом с традиционными «веселыми картинками» свое важное место заняли современные графические романы, затрагивающие глубокие и нередко болезненные для общества темы. Дебютный автобиографический роман норвежца Андерса Кваммена «Старшая школа» рассказывает о том, как непросто быть подростком. В 2016 году он был удостоен в Норвегии престижной литературной премии Браги, а в 2017-м включен в каталог лучших книг Международной мюнхенской юношеской библиотеки «Белые вороны».
В прошлом году Андерс Кваммен побывал в Москве на книжной ярмарке «Нон-фикшн», где этот роман был представлен на русском языке. В беседе с корреспондентом «Папмамбука» Андерс рассказал о собственном опыте переживания школьной травли, о том, почему он рисует черно-белые картинки, как на него повлияла работа на кладбище и почему в Норвегии издается много комиксов.

– Андерс, пройдя лично через школьную травлю, вы можете дать совет современным подросткам и их родителям, что делать в такой ситуации?

– Существует представление, что об издевательствах, оскорблениях в школе ни в коем случае нельзя никому рассказывать. Я считаю, что это очень вредная позиция, и все обстоит как раз наоборот. Ведь с проблемой моббинга встречаются не только дети в школе, но и взрослые, и на рабочем месте никому не придет в голову скрывать от окружающих, что ваш коллега как-то некорректно к вам относится или даже применяет физическую силу. И я считаю, что самый главный рецепт для тех, кто столкнулся с такой ситуацией в школе, ‒ это рассказывать обо всем, потому что проблему необходимо решать. Когда я учился в школе, у моего лучшего друга тоже были проблемы с одноклассниками, причем даже более серьезные, чем у меня. Он просто сменил школу, и ему немедленно стало лучше. Так что здесь необходимо действовать, а не терпеть.

– Но вы, в отличие от друга, не поменяли школу?

– В какой-то момент мне предложили сменить школу, и я очень рад, что отказался от этого предложения. Хотя мне действительно приходилось несладко в классе. Но я считаю, что пройти все это было тоже полезно. Потому что тот опыт, который человек нарабатывает, когда переживает какие-то трудности, ищет выход из сложных ситуаций, он действительно обогащает. Правда, мне кажется, что в молодости я был гораздо легкомысленнее и все мне давалось как-то легче. Иногда думаю, что было бы неплохо, если бы я снова стал проще относиться к некоторым вещам.

– В чем, по-вашему, секрет успеха «Старшей школы»?

– Я вообще не очень хорошо справляюсь с успехом. Мне не совсем понятно, почему в Норвегии книгу так тепло и хорошо приняли. Возможно, все дело в том, что она просто попала какую-то больную точку. После выхода комикса я получал очень много писем от школьников – о том, что эта книга помогает им пережить трудные ситуации в школе. Мне также писали и более взрослые люди, которые перенесли тяжелую утрату. Мне кажется, что когда рассказываешь о чем-то искренне, то это всегда находит аудиторию.

– Как отреагировали на книгу ваши собственные родители?

– Надо сказать, что для них не была секретом моя работа над книгой, и они знали, о чем там пойдет речь. Она рассказывает о трех школьных годах моей жизни, и это был достаточно тяжелый период для меня. В то время, когда человек уже не ребенок, но еще пока и не взрослый, могут возникать довольно сложные ситуации в жизни. Уже перед самой публикацией мама попросила меня убрать оттуда некоторые вещи, и я их убрал. И вообще я старался учитывать пожелания прототипов тех персонажей, которые так или иначе изображены в моей книге. Поэтому для них там не было каких-то неожиданностей. И, думаю, когда книга вышла, моя мама была за меня очень рада и горда.

– Расскажите, пожалуйста, немного о своей книге.

– Главного героя зовут Аксель. Он очень любит свою семью, родителей. И поэтому, когда у него возникают проблемы в школе, ему трудно открыться родителям и рассказать о том, что происходит ‒ просто потому, что он не хочет их расстраивать и разочаровывать.

Второй герой книги – Эрик, двоюродный брат Акселя. У меня в свое время тоже был двоюродный брат, и мы были очень близки. Он погиб в автомобильной аварии, как и Эрик. В нашей семье об этой трагедии никогда не говорили, как будто ее вовсе не было. Тогда мне очень не хватало книги, которая могла бы помочь пережить эту драму. И я пытаюсь показать, как это несчастье повлияло на Акселя, у которого еще и большие проблемы с новыми одноклассниками, и как эти два события накладываются одно на другое и вызывают невыносимую боль. Ведь в жизни Акселя все довольно неплохо: у него много комиксов, он любит рок-музыку. В общем, самый обычный подросток. Но происходящие события заставляют его слишком рано повзрослеть.

Но в книге есть еще одна очень важная тема – это то тепло, та близость, любовь, которую Аксель получает от своей семьи. Если говорить о «морали» этой истории, то, скорее всего, она заключается в том, что какие-то очень простые вещи – такие как семья, семейные отношения, могут помочь человеку преодолеть горе.

Illustr 2

– Для любого произведения важная составляющая – пространство, в котором происходит действие…

– Мне кажется, что когда я рос, семейный круг, моя семья были для меня личным безопасным пространством. И когда я вдруг пошел в школу, произошло столкновение двух миров. Противоречие между безопасным миром семьи и более опасным миром школы и создает, мне кажется, драматический конфликт, который я попытался изобразить. А по некоторым деталям обложки и рисунков читатели-норвежцы сразу определят, что действие происходит в городе Осло и его окрестностях.

– Можно предположить, что в детстве вы любили рисовать.

– Да, в школе я был как раз таким ребенком, который разрисовывал пеналы, учебники математики, рисовал вообще везде. Я довольно рано понял, что мой способ самовыражения – художественный. Не сразу все получалось. Мне даже казалось, что ничего не получается. Но чем меньше я был доволен своими рисунками, тем более старательно продолжал работать. И трудности, наоборот, подстегивали вдохновение. Я очень любил рисовать, когда учился, собственно, в старшей школе. Таким образом, борясь с самим собой и со своими рисунками, я добрался до книги.

– Когда вы начали заниматься комиксами?

– Только где-то к 25 годам. А несколько лет спустя я познакомился с сотрудниками норвежского издательства «No Comprendo Press», и они меня спросили, не хочу ли я сделать для них какую-нибудь книжку. Так родилась «Старшая школа».

Есть расхожее мнение, что комиксы подходят только для того, чтобы рассказывать забавные детские истории. Я в своей книге хотел показать, что этот формат подходит и для разговора об очень серьезных, взрослых и болезненных вещах.

– Насколько ваш издатель помогал вам в работе над книгой? Может быть, он вносил коррективы, предлагал что-то изменить?

– У Эссена забавный способ работы: ты приносишь толстую пачку бумаги с рисунками и кладешь перед ним на стол. Он смотрит и говорит: «Замечательно, у вас все прекрасно!» Так что не могу сказать, что он как-то серьезно участвовал в работе над книгой. Но есть другой человек – Сис-Дорис, его жена. И вот она как раз очень сильно помогла мне. Думаю, что если бы не ее помощь, то книга не получилась бы такой, как она есть. А получилась она, по моему мнению, очень хорошей. И я ею очень горжусь.

– Почему вы выбрали такой художественный стиль – черно-белые картинки, довольно наивные и простые, но в то же время очень живые?

– Спасибо за комплимент. Это мой стиль, я к нему стремлюсь и сознательно его вырабатываю. Хотя кому-то он может показаться немного неряшливым, как будто это черновой рисунок, но он имеет достаточно глубокие корни и опирается, в частности, на шведскую традицию, уходящую в андерграундные комиксы 60-х.

Насчет цветов я скажу, что в черно-белом рисовать проще. Колористика и сочетание цветов – это отдельное искусство. Мне нравится рисовать, штриховать, окрашивать черным, это такое медитативное занятие. И я не очень представляю себе, как бы все выглядело, если наложить цвет.

Например, из русского искусства мне нравится резьба по дереву – очень лаконичная, простая. Мне это очень близко. Если бы я хотел купить в России какой-то предмет искусства, то это непременно было бы такое изделие.

Illustr 1

– В каком порядке создавалась книга: сначала писалась история, и потом к ней делались иллюстрации, или наоборот?

– Я не пишу заранее никакого сценария о том, что и когда должно происходить. Сначала я составляю хронологию событий. Потом к каждой главе записываю какие-то ключевые слова или пометки и дальше потихоньку иду от самого начала к концу. Никогда не прописываю заранее диалоги, они возникают непосредственно «на месте».

Вообще в создании комиксов нет какого-то «правильного» или «неправильного» способа. Каждый художник делает это по-своему. Я встречался с одним норвежским комиксистом, который рисовал историю русской революции в картинках. Он к каждому рисунку сначала делал эскиз. То есть он рисовал одну и ту же картинку как минимум два раза: эскиз и чистовой вариант. А что касается меня, то я нашел себе недорогую хорошую бумагу, которая мне очень нравится, и рисую сразу, без раскадровки.

– Я слышала, что вы работаете над новой автобиографической книгой – о профессиях, с которыми вам довелось столкнуться в жизни.

– Эта книга будет не такая трагичная, как первая, и, может быть, даже в каких-то местах смешная. Когда я только начал заниматься комиксами, я вел дневник, который состоял из зарисовок моей повседневной жизни, всяких событий, которые со мной происходили. И идея следующей книжки заключается в том, чтобы рассказать историю после «старшей школы» – в частности, обо всех работах, на которые я попадал. Ведь художнику надо чем то зарабатывать на жизнь. Я работал и садовником, и в разных магазинах, и помогал людям с индивидуальными проблемами. Каждому месту работы будет посвящена отдельная глава.

Работа журналиста вывела меня из зоны комфорта, потому что приходилось общаться с самыми разными людьми, и далеко не все они были вежливыми и деликатными. Такая профессия может сделать человека более толстокожим.

А устроившись работать на кладбище, я познакомился с людьми, которых можно отнести к рабочему классу ‒ они всю жизнь занимаются тяжелым физическим трудом. И это, безусловно, повлияло на них, с ними тоже было не всегда просто общаться. Работа в таком месте заставляет переосмыслить многие вещи и внушает еще большее уважение к жизни и смерти, к философскому аспекту нашего существования.

– Андерс, сейчас вы работаете в книжном магазине и наверняка знаете литературные вкусы норвежских читателей. Что у вас чаще спрашивают покупатели?

– В том магазине, где я работаю, продаются в основном бестселлеры. И нельзя сказать, что там широко представлена норвежская литература. В больших количествах берут книги Ларса Соби Кристенсена, Ю Несбё, тоже небезызвестного в России, много шведских детективов и вообще скандинавских книжек. Комиксы тоже есть, но в основном покупают широко популярную литературу.

– Какой публики среди покупателей больше?

– Район, где находится мой магазин, находится далеко от центра, и там очень мультикультурная среда – живет много иммигрантов, и, соответственно, приходит много людей из Афганистана, Сомали, из самых разных мест, откуда в Норвегию приезжают иммигранты. Но поскольку это все-таки не трущобы, то приходит и много этнических норвежцев. В общем, публика очень разная, смешанная. И мне это нравится.

– Что читаете вы сами, какую литературу предпочитаете?

– В первую очередь я люблю комиксы, читаю их очень много. Сейчас у меня лежит целая стопка книг, в том числе шведских комиксов, которые я купил несколько месяцев назад на книжной ярмарке в Гётеборге и еще не успел прочесть. Кроме того, я очень люблю различный нон фикшн. Например, в самолете я читал книгу Светланы Алексиевич об аварии на атомной электростанции в Чернобыле. Люблю исторические книги – про Северную Корею или, допустим, о Второй мировой войне. И детективы.

– Андерс, как в Норвегии обстоят дела с государственной поддержкой художников комиксистов? На презентации вашей книги вы сказали, что вторая книжка будет издана с помощью гранта.

– Насколько мне известно, издательства, которые занимаются выпуском комиксов, полностью зависят от государственной поддержки, и норвежский Совет по культуре выделяет около двух с половиной миллионов крон в год (около 19,5 млн. руб. – Прим. ред.) именно на выпуск комиксов. Благодаря этому издатели комиксов могут существовать и выпускать то, за что, возможно, крупные и процветающие издательства просто не взялись бы. И, вероятно, именно поэтому у нас в Норвегии, и в Осло в частности, существует большое сообщество комиксистов, к которому я также принадлежу.

– Раз государство помогает с финансированием книг, может ли оно заказывать издателям и авторам какие-то свои темы или направления работы?

– Нет, никто не говорит, что писать. Просто когда ты подаешь заявку, тебе говорят либо «да», либо «нет». Но ни в какие детали, нюансы, сюжеты государство не вникает. Не так давно мы просили господдержки на издание моей следующей книги. Однажды вечером мне позвонили из издательства и сказали: «Завтра надо подавать заявку, пиши срочно!» И мне пришлось написать целый сценарий…

Беседу вела Мария Костюкевич
Переводила с норвежского Евгения Воробьева
Фото Галины Соловьевой

_______________________________

Starshaya shkola
Андерс Н. Кваммен
«Старшая школа»
Иллюстрации автора
Перевод с норвежского Евгении Воробьевой
Издательство «Бумкнига», 2017

Понравилось! 12
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.