Юрины хвори как путь к исцелению
14 февраля 2018 810

Когда у меня появилась книга Михаила Есеновского «Ангина Марина», я еще не знала, что прилипну к ней так, как здорово прилипает к человеку малоизвестный, но очень противный парвовирус. Я везла ее в поезде к детям – возвращалась с ярмарки «Non/Fiction». Рядом со мной ехали тренеры юных баскетболистов. Юные баскетболисты упирались головами в крышу поезда. Они нависали над тренером и басили:
– Простите нас… Ну простите нас…
Тренеры пили чай и говорили что-то очень педагогичное. Мальчишки уходили, потом снова приходили и долгими взглядами смотрели на тренеров.

– Что они такого сделали? – спросила я.
– Нарушали дисциплину, – сказали тренеры.

Это было трогательное, печальное, невыносимое зрелище. И я решила спрятаться в книгу. И книга оказалась такой трогательной, такой печальной, такой невыносимо прекрасной, что я уже не знала, куда смотреть, в книгу или на кающихся мальчишек. Прекрасное было повсюду.

В вагонной полутьме я книгу прочла дважды. Или трижды. Эта детская книга была для меня. Я часто переживала по поводу разных болезней, а тут о них – в стихотворной форме, да в какой!

Когда я приехала за детьми, которые были у моей подруги, я не выдержала и стала хвастаться «Ангиной Мариной», зачитывая первые строки стихотворений:

«У мальчика Юры расстройство желудка. Не может желудок расстройство унять».

«У мальчика Юры кровавая рана. Он палец сегодня порезал ножом».

«У мальчика Юры пронырливый насморк забрался в две дырочки, сел и сидит».

«У мальчика Юры в квартире тревога – он только что пуговку съел от пальто. Ни мама, ни папа теперь не помогут. Теперь не поможет ничто и никто».

– Я закажу себе эту книгу! – решила подруга.

А когда мы приехали с детьми домой, я сказала им:

– Давайте почитаем «Ангину Марину»!

Ох, влюбленности – они такие… Хочется, чтобы все знали. Хочется, чтобы все прониклись! Дети были не против.

И эта книжка была очень кстати, потому что старший, Никита, тоже стал бояться всего подряд – и болезней в том числе, и я подумала, что книга может оказаться терапевтичной. Словом, я могу оправдываться сколько угодно, терапевтичность – хороший бонус, но больше всего мне хотелось, чтобы дети поняли, какая это классная книга!

– А что такое коклюш? – спросил Никита, как только мы начали читать.

– Такая болезнь, – ответила я, не вдаваясь в подробности. – У тебя от нее есть прививка.

– Какое интересное имя – Ангина, – сказал Никита.

– Ангина – это тоже болезнь, когда горло болит. А зовут ее Марина.

– А-а-а… – протянул Никита. – То есть эта Марина, которая пришла в гости – это незнакомая тетка?

Я не нашла что ответить и только посмеялась. Потом мы немного пообсуждали расстройство желудка. На слова о том, что у мальчика Юры кровавая рана,

Никита сказал:

– Какие ужасы!

Но мы двигались дальше, и дети начали понимать, что мы читаем смешное. Они стали подхохатывать – хотя я-то думала, что это произойдет сразу. Все же чтение с детьми – особая вещь, всегда непредсказуемая.

– У мальчика Юры... – читала я дальше. – Как вы думаете, что у него?

– Кровь из носа! – радостно выкрикнул Вадюша.

О-о-о, кровь из носа – это мы знаем, да, это мы проходили!

– Еще есть предположения? – спросила я.

– Ангина, – предположил Никита.

– Была ангина уже.

– Тогда простуда!

А у мальчика Юры был пронырливый насморк.

– Ура, я угадал! – порадовался Никита.

Дети уже веселились вовсю. Мы рассмотрели зелененький насморк и, пусть простит он нас, но немного похохотали над ним.

Illustr 1

– Это козява, – обозвал насморк Вадюша.

Когда я спросила, что дальше там приключилось у мальчика Юры, Никита выдал:

– Паротит.

Где мой сын таких слов-то нахватался, а?

Но мальчик Юра съел пуговку от пальто. Никита засмеялся и сказал, что он как Джордж, обезьянка, которая съела кусочек головоломки и угодила в больницу. Мне очень нравится, когда дети находят в книгах ссылки на другие книги или же сами их организовывают.

Illustr 2

Посередине стихотворения о том, что у мальчика Юры на пальчике (ветрянка? кровь?) прыщик, Никита объявил мне, что научился прыгать, как лягушка. И показал. И Вадюша показал. И хором они прыгнули. Бедный мальчик Юра остался один со своим прыщиком. Все же никогда не знаешь, чего ждать, когда читаешь с детьми. Почему они стали прыгать как лягушки? Что их на это сподвигло?

– Просто сиди и смотри, как я прыгаю, – сказал мне Никита.

А потом вернулся к книжке и решил, что у мальчика Юры будет краснуха.

А у мальчика Юры был паротит!

Следом Никита предположил, что у мальчика Юры будет (что бы вы думали?) краснуха.

А у мальчика Юры была ветрянка! Ох уж эти детские болезни!

– Теперь уж должна быть краснуха! – не унимался Никита. – Или он объелся! Или аллергия! Или отит!

Чего только не было у мальчика Юры! А какой у него был форменный бред – мы хохотали все вместе. Бедный, бедный Юра! Радостные, радостные мы!

Финал этой истории, наверное, будет выглядеть выдуманным.

Слишком уж он идеален, с педагогической ноткой, и напоминает тех провинившихся мальчишек, которые просили пощады у тренеров.

Но, честное слово, так и было.

Позже, когда мы дочитали книгу и дети ужинали, Никита сказал:

– Я больше не буду бояться болезней. Я понял, что думать о болезнях – это не страшно. Думать о болезнях – это весело!

Надеюсь, книжного Юру утешит, что он страдал не зря.

Совсем не зря, Юра!

Наталья Евдокимова

________________________________

Angina Marina
Михаил Есеновский
«Ангина Марина»
Художник Юрий Скоморохов
Издательство «Эгмонт», 2017

Понравилось! 9
Дискуссия
Илона
Наталья, спасибо большое! всегда с большим интересом вас читаю!