Семья человекоптиц
9 января 2018 1135

Среди новинок издательства «Самокат» – книга классика современной английской литературы Дэвида Алмонда «Мой папа – птиц», в переводе Ольги Варшавер. Изначально это была пьеса. Когда в Лондоне с успехом прошла премьера спектакля по нашумевшему подростковому роману Алмонда «Скеллиг», театр попросил у автора литературный материал для еще одной постановки с ключевой темой «человек с крыльями», но в расчете на детей помладше. Так появился герой Джеки Кар-Кар, папа девочки Лиззи, который надевает на себя крылья и участвует в конкурсе летунов.

Джеки и его дочь Лиззи живут вдвоем в провинциальном городке у реки, на Жаворонковой улице. Мать Лиззи умерла, а отец решил, что он «человекоптиц». Когда-то он делал для девочки кукольный дом, театр с марионетками и качели в саду, а теперь смастерил для себя крылья из проволоки, веревок, обрезков ткани и птичьих перьев: самые крупные перья ‒ у вороны, самые крепкие – у чайки, а самые нежные и красивые – у пеночки, коноплянки или крапивника…

Как это всегда бывает с книгами Дэвида Алмонда, читатель до конца не знает, верить ли ему происходящему. Вот Джеки проводил дочь в школу, подкрепился червяками, достал из кладовки крылья и, как был в пижаме, начал махать руками и бегать по дому. «–Я в воздухе! – завопил папа. – Мои ноги уже оторвались от земли! Да-да! Точно! Лечу! – Однако он тут же смущенно захихикал: – Летит он, ага! Поглядите на этого летуна доморощенного! Ноги от земли оторвались, как же! Но они оторвутся! Надо еще немного потренироваться. Пару часов! Пару дней! У-у-у-и-и-и!»

Завязкой для сюжета становится конкурс летунов в местечке, где живут Джеки и Лиззи. По условиям конкурса, тот, кто сумеет перелететь через реку, получит крупный денежный приз и всемирную славу. Отовсюду в город прибывают изобретатели невероятных летательных аппаратов, которые готовы их испытать на глазах у публики: Эдди-резина из Портоджино, Донни-копье из Монтре, Вилли-юла из Фонтанбла, Бойкая Бесс с озера Лох-Несс и Парящий Сид (оцените чувство юмора переводчика!).

Наш герой, конечно, тоже записывается на конкурс летунов. Но это довольно странная сцена. Организатор конкурса, некто мистер Пуп, собирает анкеты участников. У Джеки получилась такая анкета: фамилия – Кар-Кар, род занятий – человекоптиц, движущая сила – крылья и вера (ну и, понятное дело, клюв и гребень)…

А дальше происходит удивительное. В процессе подготовки к конкурсу Лиззи, которая до этого с тревогой и сочувствием наблюдала за Джеки, вдруг принимает его сторону. Они делают еще одну пару крыльев, чтобы полететь вместе, вьют гнездо и даже высиживают яйцо – иначе какие они птицы: «Они всё работали, работали, наконец гнездо было готово. Тогда они устроились там, в своем замечательном самодельном гнездышке, а на спинах у них были замечательные самодельные крылья. И папа, и Лиззи сияли от радости.

Illustr 1

Вдруг папа хихикнул, заерзал и объявил:

– О-о-о! Сейчас я снесу яичко! Вот-вот! Оно уже близко!

Он отложил воображаемое яйцо. Затем пошарил под собой, достал его и, бережно баюкая в ладонях, протянул яйцо Лиззи. Она принялась его рассматривать. Сказала, что яйцо – просто загляденье! Провела пальцем по ярко-синей скорлупе, по пестрым крапинам. Потом она вернула яйцо папе, и папа снова уложил его в гнездо…»

По словам Алмонда, чем пристальнее он описывает реальность, тем больше замечает, что обыденность пронизана «магическими искрами». И пусть сила земного притяжения победила и Джеки с дочерью без всякого изящества плюхнулись в реку, ‒ всё изменилось. Они запомнили ощущение полета, собственной силы и любви друг к другу.

Развесив крылья на просушку, Джеки и Лиззи заедают неудачу горячими клецками и кружатся «в птичьем танце»:

«– Подумаешь, упал! – сказал папа. – Ерунда какая!

– Я так смеялась! – сказала Лиззи. – Даже когда падала, все равно смеялась!»

Illustr 2

***
Признаться, я немного переживала за Лиззи и думала, каково это – жить под одной крышей с «человекоптицем», который к тому же твой отец. Но когда мы прочли эту книгу со старшим сыном, девятилетним Федором, я почувствовала облегчение. Федор повернул разговор так, что мы обсуждали опасности быть «бескрылым человеком».

Затем мы случайно попали на выставку работ художника и режиссера анимационного кино Федора Хитрука и там познакомились с его комментариями к образу Икара из мультфильма «Икар и мудрецы» 1976 года: «Икар… Боюсь, я что-то придумываю, а может, так оно и было. Он мне виделся не как античный герой, красавец, жертвенник, а как маленький человек, обуреваемый одной-единственной страстью – летать. И в этой своей страсти он был трогателен и смешон. Но эта страсть была настолько велика, что никакие катастрофы, никакие несчастья не могли его отвадить от мечты».

Человекоптицы существуют…

Ксения Зернина

Мультфильм «Икар и мудрецы» (режиссер Федор Хитрук, художники-постановщики Владимир Зуйко, Эдуард Назаров, 1976)

____________________________

Moi papa-ptic
Дэвид Алмонд
«Мой папа – птиц»
Иллюстрации Полли Данбар
Перевод с английского Ольги Варшавер
Издательство «Самокат», 2017

Понравилось! 2
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.