Доктор Айболит, или Детям о рае и аде
3 сентября 2012 4551

Сегодня, в ХХI веке, мы вполне можем утверждать, что доктор Айболит – персонаж бессмертный и его известность сродни известности какой-нибудь поп-звезды, с той лишь разницей, что поп-звезды восходят и заходят на небосклоне популярности вместе со своим поколением, а известность доктора Айболита не ослабевает от поколения к поколению. Человек может мало читать, может вообще не читать. Но спроси его, кто такой доктор Айболит, и он ответит: добрый доктор, который лечил зверей.
Недавно издательство «Лабиринт-Пресс» переиздало сказку Корнея Чуковского про доктора Айболита, украшенную иллюстрациями Виктора Чижикова. В 1980 году художник был награжден за эти иллюстрации почетным дипломом имени Г.Х. Андерсена. И теперь современные дети смогут читать эту сказку в прекрасном полиграфическом исполнении. Мы же поразмышляем над тем, что скрывается за образом доброго доктора.

История появления доктора Айболита напоминает историю кукольного человечка по имени Буратино, ведущего свое происхождение от деревянной куклы по имени Пиноккио из итальянской сказки, или историю волшебника Изумрудного города, возникшую в результате пересказа сказки Фрэнка Баума. И Буратино, и Гудвин с компанией «переиграли» своих предшественников по художественному воплощению. То же самое произошло и с доктором Айболитом.

Первым образ звериного доктора придумал англичанин Хью Лофтинг в «Истории доктора Дулитла» (первая книга с этим героем вышла в 1922 году). Доктор Дулитл (Dolittle) в буквальном переводе означает «Доктор Облегчи (боль)» или «Доктор Уменьши (боль)». Дулитл очень любит животных, которые во множестве живут в его доме. Из-за этого он теряет всех своих прежних пациентов и средства к существованию. Но потом его домашний попугай обучает его языку зверей, и он становится лучшим в мире ветеринаром. Однажды доктор получает сообщение о том, что в Африке тяжело заболели обезьяны, и отправляется в путешествие, чтобы им помочь. По дороге ему приходится пережить кораблекрушение, он попадает в плен к черному королю, но в конце концов все заканчивается благополучно.

Корней Чуковский заимствовал у Хью Лофтинга саму образную идею звериного доктора и некоторые сюжетные ходы; кроме того, отдельные персонажи переместились с дивана доктора Дулитла и из его шкафа на диван и в шкаф доктора Айболита. Но в результате художественный сдвиг получился настолько сильный, что невозможно говорить даже о пересказе. Прозаическая история Чуковского про доктора Айболита – это абсолютно новое произведение, хотя и написанное по мотивам сказок Хью Лофтинга. И повесть эта ценна не только описанными в ней захватывающими приключениями. Она содержит в себе еще и абсолютно цельную концепцию мироустройства, которую способен постигнуть ребенок пяти-восьми лет.

В сказочной повести действует множество разных животных. Вот как «устроен» дом доктора Айболита: «В комнате у него жили зайцы. В шкафу жила белка. В буфете жила ворона. На диване жил колючий еж. В сундуке жили белые мыши». Этим перечень не исчерпывается, потому что «из всех своих зверей доктор Айболит любил больше всего утку Кику, собаку Авву, маленькую свинку Хрю-Хрю, попугая Карудо и сову Бумбу». Но и это не все, потому что к постоянным обитателям дома все время прибавляются новые (и становятся активными действующими персонажами).

Иллюстрация Виктора Чижикова к сказочной повести Корнея Чуковского «Доктор Айболит»

Иными словами, дом доктора Айболита полон разных животных, и все они сосуществуют там в мире и согласии. Я бы сказала, в неправдоподобном мире и согласии. Никто никого не ест, никто ни с кем не дерется. Даже крокодил «был тихий. Никого не трогал, лежал себе под кроватью и думал о своих братьях и сестрах, которые жили далеко-далеко в жаркой Африке».

Обитателей дома объединяет любовь и благодарность к доктору Айболиту, про которого говорят, что он очень добрый. Собственно, сказка так и начинается: «Жил-был доктор. Он был добрый». «Добрый» ‒ основная и важнейшая характеристика главного героя этой истории. (Кстати, главная отличительная черта доктора Дулитла ‒ что он «знал целую кучу всяких полезных вещей» и был «очень умный».) Все решения и действия доктора Айболита проистекают именно из его доброты. У Корнея Чуковского доброта проявляется в деятельности и потому очень убедительна: добрый доктор живет ради других, служит животным и бедным людям – т.е. тем, кто ничего не имеет. А его целительские способности граничат со всемогуществом ‒ нет ни одного персонажа, которого он взялся бы лечить и не вылечил. Едва ли не все животные, действующие в повести, так или иначе обязаны доктору жизнью, возвращением к жизни. И конечно же, он понимает звериный язык. Но если Хью Лофтинг в своей истории подробно объясняет, как доктор Дулитл им овладел, то про Айболита автор лишь коротко сообщает: «Давно научился». Поэтому его способность говорить с животными на их языке воспринимается почти как изначальная, как свидетельство особых возможностей: понимает – и все. А звери, живущие в доме, слушаются доктора и помогают ему делать добрые дела.

Что это как не детский аналог рая? А образ злой сестры доктора по имени Варвара, от которой постоянно исходят враждебные миру доктора импульсы, легко соотности с образом змея. Например, Варвара требует, чтобы доктор прогнал из дома («из рая») зверей. Но доктор на это не соглашается. И ребенка это радует: «добрый мир» прочен и устойчив. Более того, он постоянно стремится расширить свои границы, обращая в «веру» доктора Айболита все новых животных: носорогов, тигров и львов (которые поначалу отказываются участвовать в добрых делах, но после того как у них заболевают детеныши и доктор исцеляет их, благодарно присоединяются ко всем остальным).

4 Иллюстрация Виктора Чижикова к сказочной повести Корнея Чуковского «Доктор Айболит»

Однако детскому «раю», как и положено в мифологии, противостоит другое место ‒ источник страданий и страхов, «ад». И абсолютно доброму «созидателю» в сказке Чуковского противостоит абсолютный злодей, «разрушитель» – Бармалей. (Этот образ Корней Чуковский придумал сам, без всякой подсказки со стороны Лофтинга.) Бармалей ненавидит доктора. Никаких очевидных, «рациональных» мотивов преследовать Айболита у Бармалея вроде бы нет. Единственное объяснение его ненависти в том, что Бармалей – злой. А злой не может выносить доброго, хочет его уничтожить.

Конфликт добра и зла в повести Чуковского представлен в самой острой и бескомпромиссной форме. Никаких полутонов, никаких «психологических сложностей» или нравственных мучений. Зло есть зло, и оно должно быть наказано – так это воспринимается и автором, и ребенком. И если в повести «Доктор Айболит» это наказание косвенное (Бармалей лишается корабля для совершения пиратских набегов), то в продолжении, в повести «Пента и морские разбойники», автор самым безжалостным образом расправляется со злыми персонажами: пираты оказываются в море, и их проглатывают акулы. А корабль с Айболитом и его зверями в целости и невредимости плывет себе дальше, на родину.

И, надо сказать, читатель (маленький) встречает конец разбойников с «чувством глубокого удовлетворения». Ведь они были воплощением абсолютного зла! Мудрый автор избавил нас даже от намека на возможное существование «внутреннего мира» Бармалея и от описания каких-нибудь его злодейских раздумий.

2 Иллюстрация Виктора Чижикова к сказочной повести Корнея Чуковского «Доктор Айболит»      1 Иллюстрация Виктора Чижикова к сказочной повести Корнея Чуковского «Доктор Айболит»

Собственно, добрый доктор тоже ни о чем не думает. Все, что мы о нем знаем, следует из его поступков или слов. С этой точки зрения повесть Чуковского «антипсихологическая». Но автор и не собирался погружать нас во внутренний мир героев. Его задачей было создать вот такую полярную картину мира, рельефно представить персонифицированные добро и зло. И определение добра и зла в сказке предельно четкое: добро означает исцелять, дарить жизнь, а зло – мучить и убивать. Кто из нас может против этого возразить? Есть ли что-то, вступающее в противоречие с этой формулой?

Добро и зло в сказке борются не на жизнь, а на смерть, поэтому история про доктора Айболита получилась напряженной, захватывающей и местами страшной. Благодаря всем этим качествам, а также ясному противопоставлению добра и зла, повесть очень подходит детям в возрасте пяти-восьми лет.

Примерно к пяти годам дети начинают осваивать рациональную логику (период объяснений, что «ветер дует, потому что деревья качаются», остается позади). А рациональность поначалу развивается как мышление так называемыми «дуальными оппозициями», или четкими противоположностями. И теперь ребенок не просто усваивает со слов взрослого, «что такое хорошо, а что такое плохо», а хочет еще и мотивировать, обосновывать, объяснять действия и поступки, т.е. хочет знать, почему это хорошо или плохо. В этом возрасте ребенок ‒ еще и жесткий моралист, не склонный к поиску психологических сложностей. Существование сложности, двойственности и даже взаимообратимости некоторых смыслов он откроет для себя позднее, в 9-10 лет.

Что касается характеристики «страшная», это как раз то, в чем тоже очень нуждается ребенок после пяти лет. К этому возрасту его эмоциональный мир уже достаточно зрелый. И пяти-шестилетка отличается от младших дошкольников тем, что учится управлять своими эмоциями. В том числе и эмоцией страха. Запрос ребенка на страшное, в том числе на страшные сказки, связан с необходимостью эмоционального «тренинга» и попыткой определить свой порог переносимости. Но эти эксперименты в полную мощь ему предстоит ставить над собой в подростковом возрасте.

3 Иллюстрация Виктора Чижикова к сказочной повести Корнея Чуковского «Доктор Айболит»

***

Иллюстрации Виктора Чижикова, как бы странно это ни звучало, находятся в некотором противоречии с напряженностью и «страшностью» сказки. Образы на иллюстрациях забавные, смешные. Доктор Айболит такой кругленький, простоватый. У большинства персонажей рот растянут в улыбке. И даже самые драматичные моменты – нападение пиратов, столкновение пиратов с акулами – изображены весело, с юмором. А в самой повести нет ни капли юмора. В битве добра со злом нет ничего веселого. Даже непонятно, в какой момент повествования можно улыбнуться. Так что рисунки Чижикова как бы снижают градус драматизма и тем самым дают читателю передохнуть. Ну, и подумать, что, может быть, все не так уж и страшно.

Марина Аромштам

Понравилось! 6
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.