"Эту книгу тебе читать еще рано" Что думают об этом подростки?
9 октября 2017 1452

Что означают слова «Эту книгу детям читать еще рано?» Сначала мы попросили ответить на наш вопрос специалистов по детскому чтению.
С их мнением можно познакомиться в статье «Эту книгу ребенку читать еще рано!»
А что думают подростки? Оказалось, что они гораздо менее единодушны, чем взрослые эксперты.

Варвара Петрова 1
Варвара Петрова, 13 лет, обладатель диплома «Читатель с большой буквы», г. Новосибирск

О том, что книгу мне читать рано, чаще пытаются сказать возрастные маркировки, чем реальные люди. Моя мама с её тотальным разрешением «всё можно читать, если имеешь к этому интерес» произнесла эту фразу (в другой, правда, формулировке), наверное, раза два за мою жизнь. И, учитывая то, какие книги и фильмы она мне разрешает читать и смотреть, я понимаю, что это точно было серьёзным предостережением: вряд ли там нецензурная лексика, наркотики, секс или нетрадиционные отношения, скорее ‒ что-то «более взрослое». То, на осмысление чего пока не хватит прожитых лет, или то, что может травмировать «неокрепшую юную душу». Сцены жестокого психического или физического насилия, например.

Ещё пару раз я слышала эту рекомендацию от представителей издательств на книжных ярмарках, но вопрос быстро решался фразой: «А я уже (допустим) Мари-Од Мюрай “Oh, Boy!” читала! И вот ‒ не умерла от возмущения». Значит, и «Ведьмину кровь» смогу.

Я про возрастные маркировки написала, что они часто предупреждают, но точнее будет сказать ‒ часто попадаются на глаза. На них я обращаю внимание всё реже, потому что для меня они «не работают»: читала много книг «16+», а то и «18+», которые содержательно своему возрастному ограничению не соответствовали. Иногда встречаются и зеркальные ситуации: представьте себе, я видела книгу, даже серию книг, у которых маркировка, на мой взгляд, была занижена. Это «Джордж и тайны Вселенной» (и его сиквелы) Люси Хокинг и Стивена Хокинга. Может, это и не маркировка была, а топ лучших книг, но я помню, что предназначена книга была лет для 7‒8. Не знаю, я, например, в 12 лет минут двадцать разбиралась с объяснением принципа работы машины Тьюринга из последней части.

Вообще, было бы идеально (и вряд ли достижимо), если бы люди, устанавливающие на книжках возраст читателя, там же эту маркировку и аргументировали. Есть, конечно, книги, в которых «оправдание» такого ограничения находится перед глазами ‒ та же «Волна» Тода Штрассера: и оформление обложки, и аннотация, и первые предложения абзаца ‒ сразу понятно, что это не для «младшего школьного возраста», «12+» вполне адекватно. Но если бы причины ограничения были объяснены, можно было бы понять, есть ли чего опасаться в этой книге именно тебе. Так возрастные маркировки стали бы, с одной стороны, более объективными: ведь решение о том, читать эту книгу или нет, принимает не только маркировщик, но и ты сам; а с другой стороны ‒ более субъективными, ведь для потенциального читателя всё станет зависеть от этого конкретного маркировщика.

После слов «Эту книгу тебе читать рано!» я всегда жду объяснения, конкретики. Если таковых нет ‒ книгу в руки, а потом уже буду делать выводы. Перефразированная мысль из Алисы получается: «Откуда я знаю, можно ли мне читать эту книгу? Вот прочитаю, тогда узнаю».

1

Полина Андреева
Полина Андреева, 13 лет, обладатель диплома «Книжный эксперт XXI века», г. Москва

В детстве была одна книга, которую я очень хотела прочитать. Это была большая, толстая книга с интригующим названием и заманчивой аннотацией на обороте. И когда я спросила родителей: «Можно?», мне ответили именно так: «Эту книжку тебе читать еще рано». Это была книга Мариам Петросян «Дом в котором...». Я терпеливо ждала и при случае спрашивала своё «можно?». И вот, где-то в прошлом году после очередного вопроса я услышала долгожданный ответ. И уже в самом начале книги поняла, что правильно послушала совета. Это книга, для которой нужно созреть. Всё ровно что попробовать зелёную ягоду, не дождавшись, пока она покраснеет. На мой взгляд, смысл фразы «Эту книжку тебе читать еще рано» не в жёстком запрете ‒ просто ты можешь быть не готов к книге. Иногда из-за этого она может оставить о себе плохое впечатление, но через несколько лет ты, возможно, оторваться от неё не сможешь.

Бывало такое, что, прочитав аннотацию, я откладывала книгу «на потом». Но, в целом, особенно с классическими произведениями, мне помогают советы родителей.

Да, ждать бывает тяжело, хотя порой находится альтернатива. Например, год назад мне еще не разрешали читать «Мастера и Маргариту», зато посоветовали прочесть другое произведение Булгакова – «Записки юного врача» (обе книги мне понравились). Конечно, существует множество книг, открытых перед нами, но любопытному читателю всегда хочется заглянуть в ту, которая закрыта. И нам остаётся только ждать. Или искать альтернативу...

1

Клыкова Аня
Аня Клыкова, 13 лет, обладатель диплома «Читатель с большой буквы», г. Москва

Про «рано это читать» мне не говорили никогда. Родителям это просто в голову не приходило, моим учителям – тоже. Они – нормальные люди. Сами много читают. Если бы кто-то вдруг мне сказал, что мне какая-то книга не по возрасту, я бы очень удивилась. Мне, скорее, могут что-то посоветовать, в чём-то помогут разобраться, если я об этом попрошу. Но запрещать – нет, такого не было.

Смотрю ли я на возрастную маркировку книг? Если честно, то нет. Из-за этого у меня один раз в книжном магазине возникла неприятная ситуация. Я выбрала книгу, а мне отказались её продать, так как на ней стояло «16+» или «18+» (сейчас уже точно не помню). Я возмутилась. Меня попросили предъявить паспорт. А паспорта-то у меня ещё нет. «Тогда мы не имеем права продать тебе эту книгу», ‒ сказал мне кассир. Обидно было очень. Хорошо, что рядом была моя мама, которой эту книгу продали без проблем. На слово поверили, что ей уже есть 18. Так что из магазина я ушла с книгой.

Почему я не обращаю внимания на значок возрастной адресации? Да просто потому, что я по-другому выбираю книги. Автор, издательство, жанр, качество издания – вот на что я обращаю внимание. Даже аннотация не всегда влияет на мой выбор. Например, у книги Кэрол Рифки Брант «Скажи волкам, что я дома» очень неудачная, на мой взгляд, аннотация. А книга очень хорошая. Да, сразу предупреждаю, она «16+», раз уж у нас идёт речь о возрастных ограничениях.

Есть ли книги, которые я сама для себя определяю как «читать ещё не время»? Да, такое случается. Но для того, чтобы это понять, мне нужно начать её читать. Если книга меня не зацепила, оказалась на неблизкую мне сейчас тему или написанной слишком сложным языком, я её, возможно, отложу. Но отложу сама, а не под чьим-то давлением.

Я не раз сталкивалась с тем, что люди, которые плохо меня знают, удивляются, когда узнают, что я читала ту или иную книгу. То есть у взрослых абсолютно точно есть представления о том, что дети обычно читают в моём возрасте. И часто эти представления бывают очень странными и далёкими от действительности. Думаю, они отталкиваются от воспоминаний о том, что читали сами, когда были подростками. Или опираются на свои представления о том, что нам интересно и нужно, а от чего нужно обязательно нас оградить. Но, знаете, я ни разу не слышала от этих взрослых претензий к произведениям из школьной программы. Хотя, если бы к классике применяли возрастные ограничения, то, например, стихотворение «Зимний вечер» Пушкина точно было бы «18+»:

Выпьем, добрая подружка
Бедной юности моей,
Выпьем с горя; где же кружка?
Сердцу будет веселей.

Никакого осуждения или описания вреда употребления алкоголя.

1

Анна Семерикова
Анна Семерикова, 11 лет, обладатель диплома «Книжный эксперт XXI века», г. Москва

Мама часто говорит мне, что я читаю книжки не по возрасту. Сейчас это «Джейн Эйр». Мама считает, что это взрослый роман для девушек, а мне он очень нравится. К тому же история начинается с детства и отрочества героини, так что никакая это не взрослая книжка, а вполне подростковая. Подросткам очень интересно читать про то, какие мысли и чувства бывают у других людей, как они растут и превращаются во взрослых. Может быть, мама думает, что мне будет неполезно слишком рано это читать, потому что там могут быть такие вещи, которых я испугаюсь, например.

Когда мне говорят «тебе рано это читать», я все равно сначала сама проверю, рано или нет. Прочитаю несколько страниц и решу. Если мне нравится книга, то совсем неважно, на какой возраст она рассчитана. Так уже было в третьем классе с «Евгением Онегиным» и с «Маленькой хозяйкой большого дома» в этом году. А вот книга Алана Маршалла «Я умею прыгать через лужи» мне совсем не подошла, хотя на ней стоял маркер «12+», и мне скоро будет двенадцать. Это слишком мальчишеская книжка, которая нравится моему брату, а не мне. Так что я думаю, в выборе книги важен не возраст, на который она рассчитана, а совпадение автора, героя и читателя. Например, в мыслях или в поступках. Книга становится как бы продолжением твоей жизни, и поэтому тебе интересно.

А еще бывает, что я читаю книжки «не по возрасту» в обратную сторону, то есть книги моих младших братьев. Причем не только тогда, когда я читаю им вслух, а просто для себя. Иногда так приятно перечитать «Кривулю», которую мне подарили в четыре года, или истории про Финдуса и Петсона, или про папу, маму, восемь детей и грузовик. Они такие теплые, родные, уютные, в них отдыхаешь от сложностей взрослого мира.

1

Иванов Богдан
Богдан Иванов, 15 лет, обладатель диплома «Книжный эксперт XXI века», г. Курган

Я ни разу не слышал от кого-либо фразу «Эту книжку тебе читать ещё рано», так как никогда об этом не спрашивал. Зачем? Если мне хотелось прочитать что-либо, я просто находил и читал, не мучаясь вопросами, рано, поздно или самое то.

По моему мнению, понять своевременность для тебя книги можно только начав её читать. Если ты читаешь книгу и она тебе нравится ‒ значит, самое время для её чтения. А если наоборот ‒ то не время, стоит попробовать в другой раз. Может быть, через некоторое время сложится другое впечатление. Но дело не во времени, а в обстоятельствах. Интересы, мысли, настроение ‒ всё это влияет на восприятие книги. Именно с их переменами связаны изменения в отношении к определённым произведениям. Как кратковременные, так и долгосрочные.

Может получиться так, что сегодня книгу читать ещё рано ‒ настроение не то. А следующий день сложился так, что мысли в голове у тебя другие, настроение другое ‒ и книга для тебя становится другой. И читать её уже не рано и ещё не поздно. Самое время.

1

Полина Зеленова
Полина Зеленова, 16 лет, обладатель диплома «Книжный эксперт XXI века», г. Зеи Амурской области

Мама рассказывала, что, когда она была беременна мной (о ужас для экспертов ‒ из уст «ребенка», не достигшего 18 лет), мой отец читал для меня наизусть Евгения Онегина. После рождения я плохо засыпала, и семья не могла справиться с моим сном. Выход нашла бабушка – она читала мне «Анну Снегину» Есенина, изысканного гумилевского «Жирафа», «Дикий мед» и другие великолепные произведения. Под них я засыпала спокойно и быстро. Я думаю, сегодняшние возрастные ограничения не напугали бы моих родных, но, если бы контролирующие органы знали, что среди моих колыбельных был и есенинский «Черный человек», и «Не выходи из комнаты…» Иосифа Бродского и многое другое, родители рисковали бы встретиться с органами опеки.

При этом дальнейшее мое развитие не выходило за рамки обычного. В положенное по возрасту время я читала Агнию Барто и Корнея Чуковского, Сергея Михалкова и Сашу Черного, а далее – по списку рекомендованной учителями литературы. Однако были и исключения: едва научившись складывать буквы, я ухватилась за мамины книжки: классику и современную литературу.

Что дали мне все эти книги, прочитанные мной или для меня? Они научили меня ценить литературу, выбирать хорошую литературу, читать не только строки, но и между строк… И теперь, когда я задаюсь вопросом, не рано ли я прочла те или иные книги, я совершенно уверена – все вовремя. А моя мама на вопросы окружающих о том, можно ли в моем возрасте читать то или иное произведение, всегда отвечала: «Лучше пусть она узнает обо всем из хороших книг, а не в подворотне. А если чего-то не сумеет понять, помогу. Для этого и существуют родители». И мне не дано осознать, при чем здесь всякие посторонние люди, эксперты, возрастные ограничения и прочие запреты. Если родители привили любовь к хорошей литературе, – плохую сам читать не станешь.

1

Даниэль Бронский
Даниэль Бронский, 14 лет, обладатель диплома «Книжный эксперт XXI века», с. Ардонь Брянской области

По-моему, в наше время вообще трудно уберечь ребёнка от «вредной» информации. Даже если полностью запретить книги, содержащие такую информацию, всё равно по телевизору в не ограниченных по возрасту новостях показывают то как школьника насмерть сбивает автомобиль, то как террористы головы отрезают, то как полиция устраивает облаву на бордель. Выключить телевизор – ребёнок узнает всё то же самое в Интернете. Отрубить Интернет – одноклассники просветят. И хорошо. Не сидеть же человеку до восемнадцати лет, как в коконе, считая, что в мире всё хорошо и радостно. Мне кажется, к подростковому возрасту большинство детей уже немного разбирается в тёмных сторонах жизни. И, соответственно, вправе самостоятельно решать, что им читать уже можно, а с чем ещё стоит повременить, и никто не может это право ограничивать. Совсем маленькие дети, конечно, читают то, что родители дают, это нормально. Но запрещать читать что-либо подростку, на мой взгляд, не стоит, достаточно советовать и предостерегать.

Смысл у слов «Эту книгу читать ещё рано» может быть разным. Например, когда я в детстве заявлял (чаще всего в шутку), что хочу прочесть «Войну и мир» или «Божественную комедию», моя мама сразу делала серьёзное лицо и говорила, что эти книги чересчур взрослые. Видимо, она имела в виду, что я не смогу оценить всей глубины этих произведений, ‒ и, возможно, даже была права. В другом случае, когда мой одиннадцатилетний брат сказал, что хочет прочитать «Песнь Льда и Огня» Джорджа Мартина, я заметил, что он, наверное, не вполне понимает, на какой возраст рассчитаны эти книги и каково их содержание. Я сказал это, потому что знаю: «ПЛиО» – со множеством жестоких убийств и откровенных сцен, общим мрачным настроением, а также обилием сложных и запутанных сюжетных линий, – совсем не похожа на подростковое фэнтези, которое так любит мой брат. Однако я и не думал что-то ему запрещать, просто предупредил. Сам я к таким советам, если они обоснованы, отношусь спокойно.

Маркеры возрастных ограничений – это, на мой взгляд, замечательный ориентир, который с первого взгляда даёт понять, чего ждать от книги. Если стоит знак «16+» или ниже, значит читать можно без опаски. Знак «18+» тоже не отпугнёт меня от чтения, но заставит призадуматься: «Такой высокий возрастной рейтинг дают не просто так; возможно, в этой книге есть что-то, что я не очень люблю ‒ к примеру, выпущенные кишки; стоит разузнать об этой книге побольше, прежде чем браться за неё». Одним словом, удобная система. Жаль, правда, что эти знаки сделали именно «ограничениями», а не предупреждениями. И условия попадания в ту или иную категорию далеко не всегда разумны: вспоминается настольная игра о пиратах «Шакал», получившая возрастное ограничение «16+» за нарисованную на игровом поле… бочку с ромом.

1

Мария Михеева
Мария Михеева, 11 лет, обладатель диплома «Книжный эксперт XXI века», г. Казань

Мне пока еще ни разу не говорили, что «эту книгу читать ещё рано». Но сама я считаю, что любую книгу надо читать в свое время. Есть даже такое выражение: «каждому овощу ‒ свое время». Если читать книгу, из которой ты уже выросла, будет уже не интересно. А если книга для детей постарше, то в ней может быть слишком глобальный смысл, который мне еще не понять, для этого нужен жизненный опыт побольше. Я обычно как бы примеряю книги на себя, а ведь трудно примерить на себя, 11-летнюю девочку, опыт, например, 17-летней девушки. Получается читаешь больше для информации и говоришь себе: «Ага, вот как может быть».

Догадываюсь, что некоторых детей слова «тебе эту книгу читать ещё рано» могли бы раззадорить и они все равно попытались бы прочитать ее, думая, что взрослые хотят что то скрыть от них. Но если бы мне так сказали, я бы отнеслась к этим словам с пониманием. Я знаю, что те, кто может сказать мне такие слова, желают мне добра, и прислушалась бы к их советам. Ведь за такими словами не стоит категорический запрет и книгу-то я могу прочитать, если захочу.

На всех новых книгах стоит значок возрастной адресации, и конечно я автоматом обращаю внимание на этот значок. Даже просто из интереса. Иногда бывает, что, прочитав книгу, я не соглашаюсь с указанной возрастной категорией. Но у меня дома много книг, изданных еще в советское время, и там таких значков нет, но такие книги и не нуждаются в этом. Можно смело брать любую книгу и читать. Как правило, она обязательно будет интересной и понятной.

Бывало ли так, что я сама решала: «Эту книгу мне читать еще рано»? Да, бывало. Например, недавно я прочитала книгу Марины Аромштам «Когда отдыхают ангелы» и, хотя на ней стоит значок «12+», подумала, что надо было читать эту книгу попозже. Почему? Не знаю... Хотя прочитала я ее быстро, книга интересная, читается легко. Боюсь, не до конца поняла заложенный в ней глобальный смысл. И теперь у меня есть сожаление ‒ если бы эта книга попала мне в руки попозже, она была бы более понятной для меня... Ведь в каждой возрастной категории есть очень много интересных книг, которые надо успеть прочитать, ‒ так куда же торопиться?

1

Жербин Евгений
Евгений Жербин, 14 лет, обладатель диплома «Книжный эксперт XXI века», г. Санкт-Петербург

Да, нередко бывает, что мне говорят, что какую-то книгу мне читать ещё рано. Как правило, это обусловлено наличием в книге «безумной жестокости и насилия» в виде описания боевых сцен (всем известно, что боевые сцены ни в коем случае нельзя описывать, ведь от этого дети превращаются в маньяков-убийц), «извращённой порнографии» в виде поверхностного обозначения постельной сцены (которое, разумеется, мигом превратит ребёнка в извращенца), а также «матершинной брани» в виде пары брошенных персонажем ругательств, которые, само собой, никак нельзя услышать на улице или где-то ещё. Разумеется, я всегда обращаю внимание на возрастной ценз. Более того, при выборе книги я руководствуюсь в первую очередь именно им, а не автором, сюжетом и отзывами читателей. И именно он является тем показателем, который определяет, достойна книга прочтения или нет. Не качество книги, а ценз. Ведь если прочитать плохую книгу, в худшем случае она тебе просто не понравится, но если открыть что-то, на обложке чего стоит цифра, превышающая твой возраст, то психологическая травма, которую ты, конечно же, моментально получишь, будет мучить тебя всю оставшуюся жизнь, и не помогут тебе никакие сеансы у психолога. Как же я рад, что успел прочитать «С кем бы побегать» Давида Гроссмана до того, как ей присвоили «18+», иначе пропаганда наркотиков, содержащаяся в этой книге, несомненно толкнула бы меня на эту темную дорожку. И отдельно хочется поблагодарить библиотекарей, которые «из-под полы» выдали мне «Беглецов» Нила Шустермана с рейтингом «16+», записав книгу на мамин формуляр, но теперь я всерьез опасаюсь за свое душевное здоровье, потому что описание операции по «разборке» на донорские органы на живом человеке, находящемся в сознании, наверняка уже навредило моей психике.

А если без иронии, то, как мне кажется, возрастные цензы сами по себе очень спорная затея. Ограничивать подростков от хороших книжек из-за того, что в этих книгах содержатся вещи, которые эти подростки всё равно при желании узнают – от одноклассников или в Интернете, – довольно глупо.

1

Мария Дорофеева 1
Мария Дорофеева, 15 лет, обладатель диплома «Книжный эксперт XXI века», г. Симферополь

Наверное, мне повезло, потому что от своих родителей я никогда не слышала фразы «Это тебе читать еще рано». Может быть, так произошло потому, что, когда я была младше, мой круг чтения ограничивался только бумажной библиотекой и теми электронными книгами, которые скачивал для меня папа, меня окружали только те книги, которые, по мнению моих родителей, уже были мне «по возрасту». Около 12 лет я стала брать для чтения книги, которые в то время были популярны в подростковой среде. Почти все они не нравились моим родителям ‒ скорее, с точки зрения качества (это была, в основном, массовая литература), чем с точки зрения «возрастных ограничений». Мой папа терпеливо ждал, пока я сама пойму, почему они ему не нравятся. И в конце концов я поняла.

Сейчас я, как и в детстве, читаю, что хочу, выбирая книги сама. При выборе я не обращаю внимания на возрастные ограничения, хотя в недавно изданных книгах они часто стоят не внутри, а на обложке, и глаз неизбежно за них цепляется. В старых книгах из библиотеки моих родителей возрастная адресация тоже присутствовала, однако выглядела совсем иначе, чем сейчас: «для младшего школьного возраста», «для старшего школьного возраста». Мне кажется, такая форма больше похожа на ориентир, чем на запрет. В случае, если тебе попадала в руки незнакомая книга, с этих рекомендаций могло начинаться знакомство с ней.

Размышляя над этим вопросом, я обратила внимание, что на всех коробках с настольными играми у меня на полке тоже присутствует возрастная маркировка в форме «10 ‒ 99» или «12+». Но для настольных игр она заменяет шкалу сложности игры. Если на коробке стоит значок «14+», это значит, что механика игры достаточно сложная и она не подойдет для новичка, то есть человека с небольшим игровым опытом. А в случае с книгами такой значок воспринимается именно как ограничение: можно читать только когда тебе исполнится 14.

Я прочитала книги Джона Грина, на которых стоит значок «16+», два года назад. Сейчас мне 15. Я читала многие книги из серии «Недетские книжки» издательства «Самокат» и «Революцию» Дженнифер Доннели. На этих книгах стоят ограничения «16+» и «18+», я видела это на их обложках. Но это никогда не влияло на мой выбор. Потому что точно так же в прошлом году мне интересно было читать книги Мони Нильсон о Цацики («6+») и «Как приручить дракона» Крэссиды Коуэлл («6+»).

Мне кажется, что я сама никогда не думала: такую-то книгу мне читать еще рано из-за того, что в ней содержатся реалии «взрослой» жизни. На самом деле, здесь, как мне кажется, звучит какой-то внутренний «камертон», который позволяет услышать, что книги, написанные для взрослых, звучат фальшиво для детей. То есть я просто не бралась за чтение каких-то «взрослых» книг, потому что чувствовала, что они не из моего пространства. Или начинала книгу и оставляла ее через несколько страниц, потому что эмоции персонажей были мне не близки, или обстановка, их окружающая, была чужой.

Мне было бы интересно обсудить эту тему. Можно ли считать возрастную адресацию книг условной (ведь мы знаем книги, привычно называемые детскими, которые изначально были написаны для взрослых)? Является ли герой-ребенок основанием для того, чтобы считать книгу детской? И наоборот, может ли считаться детской книга, в которой все герои – взрослые люди? Можно ли ориентироваться на возраст героя книги, адресуя книгу читателям определенного возраста? Иначе говоря, должен ли возраст героев книги совпадать с возрастом ее читателей? Или, адресуя книгу читателю, мы должны в первую очередь учитывать его читательский опыт, а не его возраст? Почему вся классическая литература маркируется «6+», и действительно ли в 10 классе мы обладаем достаточным читательским опытом для изучения «Войны и мира» Льва Толстого?

1

Дворецкая Александра 1
Александра Дворецкая, 14 лет, обладатель диплома «Книжный эксперт XXI века», г. Ярославль

Порой каждому из нас напоминают о нашем возрасте. Одним указывают на излишнюю молодость, упрямо тыкая в возрастное ограничение. Другим говорят: «Ну ты и старая!» В общем, границы у всех разные. Но меня больше всего интересует вопрос, что же там такого, в этих книгах с возрастным ограничением «18+»? Не могу сказать, что я их не читала. Но, увы, после их тщательного изучения я не нашла ничего принципиально нового.

Любовная линия, чаще всего, присутствует во всех книгах, с любым возрастным ограничением. Если главным героям с большой и чистой любовью по 7 лет, то их чувства заключаются в хождении, держась за ручки. Ну а если герои совершеннолетние – уж не обессудьте. Нет, я не говорю про книгу «50 оттенков серого», я её не читала. Но, в большинстве книг с пометкой «18+» постельные сцены упоминаются очень отдалённо. Хотя вообще размножение – это естественный процесс в жизни человека.

«Кровь-кишки», как сказала одна милейшая девочка, и так прекрасно известны каждому ребёнку. И вообще, почему тогда читать на биологии про строение организма человека, в том числе и изучать параграф о размножении, разрешено? В восьмом классе ученикам 13-14 лет, а информация предназначена для категории «16+»! Чем вы в книге собираетесь нас удивить, расчлененкой? Будто мы не слышали, как раньше изучали тело человека! Эта тема изучается на уроках истории. Там и покруче будет.

Наркотики и алкоголь. Любимая тема любого преподавателя ОБЖ. Мы ещё и рефераты по этой теме пишем и доклады делаем. То есть углублённо в школе изучать можно, а самостоятельно читать нельзя? Где логика? Немного странно.

Ругательства. В нашем мире, увы, слишком много людей используют в речи нецензурную лексику. Я против матерных слов. Но для создания атмосферы считаю допустимым использование в художественном произведении простых ругательств и «неприличных» жестов.

Я не особо обращаю внимание на возрастное ограничение. Если книга мне нравится, я её прочту. Не любые темы у меня идут на ура. Например, книгу «Хорошо быть тихоней» я осилила лишь со второго раза. А ведь там всего-то психология и описание явлений, достаточно распространённых в этом мире. Пособие, навсегда забивающее в голову примеры того, что делать не стоит. И если дети не прочтут подобные книги, не прочувствуют ужас принятия наркотиков и алкогольной зависимости, боюсь, судьба их может сложиться не слишком хорошо. Ни один урок, проведённый в душном кабинете ОБЖ под монотонную речь учителя, не объяснит эти проблемы так, как хорошая книга. Я честно верю, что лучше учиться на ошибках книжного персонажа, чем их совершать самостоятельно.

Читать или нет книгу с высоким возрастным ограничением, каждый решает сам. Но тем, кто устанавливает эти возрастные ограничения, надо помнить, что запретный плод всегда сладок.

Понравилось! 14
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.