Фильм как портал
26 июля 2017 1043

Однажды в понедельник я пришла в детский сад с напрочь перевернутой душой. Мама помогла мне снять пальто и шапку, поцеловала и ушла на работу, а я осталась со своей перевернутой душой, не жуя проглотила сырник с какао и стала дожидаться, пока остальные закончат завтракать.

– Давайте играть в Ассоль! – попросила я, когда они наконец закончили.

– Во что? – не поняли дети.

– В Ассоль! Неужели вы не смотрели?

Накануне вечером по телевизору показали «Алые паруса» (фильм режиссера Александра Птушко, 1961 г.), и я была сражена, ошарашена, потрясена. Мне в мои шесть лет было очевидно, что жизнь больше никогда не будет прежней. В ней, как я и подозревала с самого рождения, оказывается, есть место волшебству, я вчера увидела это своими глазами в кино и была твердо намерена жить отныне в ожидании чуда. Объяснить все это другим детям я, конечно, не сумела, но мне удалось вкратце пересказать сюжет тем, кто фильма накануне не видел, и мы стали играть в Ассоль. Ассоль естественным образом изображала я, а капитаном Греем, конечно же, стал прошедший мой строгий кастинг самый красивый мальчик в группе. Мы даже построили корабль из деревянных кубиков, и чья-то красная рубашка сыграла роль паруса...

Потом я много дней бредила этой сказкой и без конца рассказывала о ней маме, пока мама задумчиво не произнесла:

– Может, тебе прочитать Грина?

Я не поняла, что такое этот «грин», но посмотрела на маму с надеждой. Неужели она знает способ, как продлить сказку, как вернуться в нее хоть ненадолго – без помощи товарищей по группе и деревянных кирпичей?

Так я впервые в жизни столкнулась с понятием «экранизация» и на собственной шкуре почувствовала эффективность этого жанра в деле продвижения детского чтения. Все мое дальнейшее детство состояло из эпизодов влюбленности в киноперсонажей и киносюжеты, за которыми следовали исступленные поиски книги-первоисточника. Современным детям трудно представить себе жизнь, в которой понравившийся фильм нельзя пересмотреть столько раз, сколько душе угодно. Невозможно вообразить, каково это – не только не иметь возможности через пять минут после просмотра найти в интернете сотни фотографий полюбившегося актера и немедленно узнать, в каких еще фильмах он играл, сколько ему лет, в каком городе он живет и каким способом готовит себе яйца на завтрак. Сегодня, если тебе понравилась песня из фильма, ты «шазамишь» «Шазамить» (сленг) ‒ глагол, образованный от названия программы для распознавания музыки Shazam.  ее своим телефоном и через секунду закачиваешь в его память, чтобы слушать нонстопом с утра до вечера. А в моем детстве, если песня из фильма очень понравилась, ее приходилось миллион раз повторить перед сном про себя, чтобы она не выветрилась из головы до утра. Какие-то обрывки песен и мелодий из фильмов я заучила в детстве с таким рвением, что помню их до сих пор, даже если этих фильмов больше с тех пор не смотрела. Да-да, это был главный ужас: посмотрев классный фильм, ты мог быть уверен в том, что как минимум до следующего года его больше не увидишь. А в большинстве случаев – не увидишь больше никогда. Потому что ты целиком и полностью зависел от прихоти телевизионных людей и ничего не мог выбирать и решать. Была иллюзорная возможность «попросить» любимый фильм-сказку у тети Вали – ведущей передачи «В гостях у сказки», но даже я в свои восемь-девять лет понимала, насколько безнадежна эта затея. В детском саду, когда мы во время тихого часа придумывали всякие фантастические вещи из будущего, я изобрела такую огромную, многометровую газету с ТВ-программой, в которой будут ВСЕ детские фильмы и огромное количество каналов: с помощью этой программки можно будет в любой день посмотреть любой фильм, какой хочешь! Ну то есть фактически я изобрела прообраз медиацентра, подключенного ко всемирной сети Интернет.

А пока ученые еще не создали тотальной ТВ-программы, мне нужно было как-то выкручиваться. И на помощь, конечно же, приходили книги! Вот где можно было снова окунуться в замечательную историю из фильма, вот где продолжали жить и разговаривать герои, которые так быстро мелькнули у тебя перед глазами и так сильно успели зацепить, вот где можно было узнать новые подробности их жизни и приключений, не уместившиеся в фильм. Книги по любимым фильмам становились настоящими волшебными находками, а фильмы – по сути, рекламными роликами литературных произведений, ведь часто о существовании книг, особенно современных, мы узнавали только благодаря фильмам. Правда, важно было не прозевать самое начало фильма и успеть прочитать автора и название повести или романа, лежавших в основе сценария, но ведь часто фильм включали не на начале – и тогда пиши пропало. Под рукой не было в те годы не только интернета, но и вообще, как мне сейчас кажется, ничего! Иногда, если повезет, в газетной ТВ-программе можно было найти краткую информацию о фильме, но часто случалось так, что я только год спустя или даже много позже узнавала о том, что этот фильм, оказывается, сняли по книге.

Обо всем этом я задумалась сейчас, когда попыталась ответить на вопрос: большую ли роль играют экранизации в продвижении детского чтения? Конечно, в моем детстве эта их роль была неизмеримо больше, чем сейчас. Но и сегодня я часто слышу и вижу, как дети (особенно не очень читающие), увидев на прилавке книгу, знакомую им по фильму, бросаются к ней как к старому другу и просят купить, потому что «Я это смотрел!». И если читающие дети после просмотра киноадаптации приходят к первоисточнику за новыми подробностями и интересным ходом мыслей героев, то нечитающие воспринимают знакомую по фильму книгу как уже пройденную, отвоеванную территорию, в которой не затеряешься среди незнакомых фраз и букв.

И хотя большинство знакомых мне (читающих) детей утверждают, что интереснее сначала прочитать книгу, а уж потом смотреть кино, обратный порядок, на мой взгляд, тоже очень интересен и полезен. Особенно, видимо, для тех, кто еще не очень «расчитался».

Ира Филиппова

Понравилось! 6
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.