Когда я пишу, я обращаюсь к тому ребенку, которым когда-то был
15 декабря 2016 1173

За вклад в детскую литературу британский писатель Дэвид Алмонд, автор книг «Скеллиг», «Мой папа – птиц», «Небоглазка» и других, был награжден медалью имени Г.Х. Андерсена. Но прежде чем стать писателем, он много лет работал учителем. Героиня его книги «Меня зовут Мина» сочиняет рассказы, сидя на дереве, и не может учиться в обычной школе. Корреспондент «Папмамбука» побеседовал с Дэвидом Алмондом об образе Мины, о том, какой должна быть система школьного образования, почему нужно читать детям с самого раннего возраста и о многом другом.

– Дэвид, давайте поговорим о вашей книге «Меня зовут Мина». Долгое время вы работали с детьми, у которых были трудности в обучении. Мина как раз такой ребенок. Ее образ сложился из наблюдений за вашими учениками?

‒ Мне кажется, образ Мины сложился из самых разных вещей. Сначала она совершенно неожиданно появилась в «Скеллиге» и заняла там очень важное место. Много лет спустя я вновь решил написать о ней и словно услышал ее голос: «Ура, я снова здесь!» Мина жила во мне и через меня рассказывала свою историю.

Конечно, у нее много мыслей о школе и обучении. Когда я был учителем, широко обсуждался вопрос, нужны ли школы вообще и насколько они справляются со своей задачей, ведь есть столько альтернативных способов обучения. Сейчас такие разговоры не приветствуются. Считается, что единственный способ получить образование – это ходить в школу.

– Вы согласны с Миной, что школа – это клетка?

– В отличие от Мины, я не настолько категоричен. Бывают очень хорошие школы, а учитель – одна из важнейших профессий в нашей культуре. Но мы должны понимать, что учиться можно и по-другому – без тестов и экзаменов.

Сравнение с клеткой, если помните, появилось потому, что Мине понравилась строчка из стихотворения Уильяма Блейка: «Познавши счастье в поднебесье, как может птица в клетке петь?». Мина подхватывает давно звучащую скептическую ноту: «Школы бесполезны, детей нужно освободить». Я с этим не согласен, но мне кажется важным, что Мина высказывает эту точку зрения: ее многие разделяют, и я считаю, что министрам образования стоит подумать почему.

– «Меня зовут Мина» ‒ пожалуй, единственная из доступных на русском языке книг о герое на домашнем обучении. Считаете ли вы этот метод более гармоничным?

– Нет. Домашнее обучение может сильно ограничивать ребенка, иногда это просто опасно.

– Что вы имеете в виду?

– Ну, к примеру, есть родители, которые обучают детей дома, потому что не хотят, чтобы в школе им рассказали про эволюцию видов. Им нужно, чтобы дети полностью переняли их систему ценностей.

– На каких принципах, на ваш взгляд, должна основываться система образования?

– В системе образования должно быть заложено понимание того, что дети по природе своей существа творческие, им нужно давать свободу, а не диктовать без конца: «Сделай то, а теперь это». Система образования должна быть более открытой, независимой от политики и каждого нового министра.

– Вы сказали, что детям нужно давать свободу. Но сегодня жизнь детей подчинена строгому контролю и расписанию. Они все время заняты.

– Да, потому что нам стало казаться, что наши дети все время в опасности, хотя на самом деле это не так.

– Откуда взялось это ощущение?

– Даже не знаю, мне оно кажется довольно странным. В 50-е – 60-е, когда я был ребенком, родители куда строже обращались с детьми, но при этом отпускали нас гулять одних на весь день, мы чувствовали себя очень свободными. Сегодня родители наверняка сочли бы это слишком опасным.

– Как вы думаете, у такого контроля могут быть негативные последствия?

– Да, но дети есть дети: если им не нравится распорядок, который придумали для них взрослые, они найдут способ увильнуть (смеется).

– Каким был ваш собственный школьный опыт?

– Мне в школе не нравилось, я чувствовал себя очень некомфортно. У нас не было такого количества тестов, как у Мины, но все равно в обучении главенствовали экзамены. В нашей школе применялись телесные наказания. Нас били ремнем, и я с ужасом вспоминаю об этом. К счастью, с тех пор школы очень изменились.

– Когда вы писали «Мину», вы обращались к детям или скорее к учителям и родителям, чтобы показать им внутренний мир ребенка?

– Ко всем. Если в процессе работы над книгой думать, для кого ты ее пишешь, то начинаешь себя ограничивать, стремиться кому-то угодить. Я ставлю перед собой только одну задачу – написать хорошую книгу. Конечно, когда я писал «Мину», я понимал, что она будет близка многим детям и что учителя тоже ею заинтересуются, но не думаю, что писатель должен ориентироваться на какую-то определенную аудиторию.

– В Мине действительно многие узнают себя. Хотя сама она считает себя странной и даже нелепой.

‒ Наверное, каждый ребенок время от времени думает: «Какой-то я странный». Поэтому мне так нравится писать для детей – для меня, взрослого человека, это своего рода освобождение, возможность побыть этаким «странным» ребенком и подумать о самых странных вещах.

– Вместо скучных школьных сочинений Мина придумывает собственные «диковинные» задания и пишет рассказы. Я знаю, что вы занимаетесь с детьми литературным творчеством. В чем польза таких занятий?

– Я преподаю литературное мастерство в университете и периодически провожу занятия в школах. Литературное творчество помогает детям полюбить язык. Часто уроки письма в школе слишком формализованы, детям начинает казаться, что язык – очень сложный предмет, хотя это совсем не так. Мы все с детства говорим на родном языке и естественным образом учимся правильно складывать слова в предложения. Но вот мы приходим в школу, и нам сообщают, что это очень трудно, нужно запомнить кучу правил и написать сотню тестов. Это пугает и сковывает детей.

Литературное творчество дает детям возможность почувствовать себя увереннее в языке. Такие занятия ни в коем случае не нацелены на взращивание нового поколения писателей, но могут помочь нам вырастить поколение людей, которые любят и знают свой язык.

– Однажды вы сказали, что многие дети испытывают трудности в обучении только потому, что в раннем детстве им не читали вслух. Почему это важно – читать детям вслух?

– Во многих случаях, хотя, конечно, не во всех, причина действительно в этом. Лишая маленького ребенка книг, мы наносим ему серьезный вред, который проявится далеко не сразу. И наоборот, рассказывая детям истории, читая им вслух, мы предлагаем им очень важный опыт: они следят за повествованием, за тем, как переворачиваются страницы и сменяют друг друга события. Ведь жизнь и есть череда событий. Книги помогают нам лучше понять, как устроена жизнь.

– Какие способы продвижения чтения в Великобритании кажутся вам наиболее эффективными?

– Легче всего приобщить детей к чтению, пока они еще совсем маленькие. В Великобритании каждому новорожденному государство выделяет набор необходимых вещей, среди которых обязательно есть книги. А в Шотландии, насколько я знаю, детям дарят книжные комплекты трижды: на рождение, через несколько лет и еще раз, когда им исполнится одиннадцать. Эта программа распространяется не только на детей из малообеспеченных семей, а на всех без исключения. По-моему, это один из самых действенных способов.

– Существует ли в британских школах список обязательной литературы, или учитель сам выбирает, что читать с классом?

– Учитель выбирает сам. У нас пытались составить программу обязательного чтения, но вовремя отказались от этой идеи. В то же время мы понимаем, что есть книги, которые стоит прочитать в школе, поэтому существуют разные рекомендательные списки. Например, во многих школах читают «Скеллига». И «Мину», как ни странно, полюбили многие учителя.

– Вы часто выступаете в школах. Почему для вас это важно? И для чего, на ваш взгляд, детям надо встречаться с писателями?

– Для меня это возможность увидеть своих читателей. Они замечательные и невероятно проницательные. Они много читают. Это бесконечно вдохновляет и воодушевляет. А детям полезно встречаться с писателями для того, чтобы убедиться, что писатели – обычные люди. Когда я был маленьким, увидеть живого писателя казалось мне чем-то запредельным. Я думал, что все писатели умерли или живут где-нибудь в Нью-Йорке. На встречах я рассказываю детям, как именно пишу книги. Показываю свои блокноты, черновики, ручки, карандаши – самые обычные предметы. Такие встречи расширяют представления детей об их собственных возможностях.

– Мину занимают не только мысли о школе, она пытается осознать и принять смерть отца. Вы не боитесь писать о трагических событиях в детских книгах, хотя, например, в нашем обществе считается, что детей нужно оберегать от подобных разговоров. В вашей семье существовала такая проблема?

– Да. Когда мне было семь, умерла моя годовалая сестра, а в возрасте пятнадцати лет я потерял отца. Во времена моего детства люди не склонны были обсуждать такие вещи с детьми, поэтому ни дома, ни в школе со мной об этом не говорили. И вот что интересно: похоже теперь, когда я пишу, я обращаюсь к тому ребенку, которым когда-то был. Я – тот самый взрослый, который наконец говорит с ним об этом.

Мне кажется, сейчас взрослые начинают обсуждать с детьми трагические события, и это правильно.

– Однажды вы сказали, что писателю нужны такие издатели, которые поощряют авторскую смелость. Как издатель влияет на автора?

– В Великобритании издатели детских книг подчас гораздо смелее и более открыты для экспериментов, чем издатели книг для взрослых. Они не боятся того, что история может предстать в самой неожиданной форме. Для меня работа с моими основными издателями «Hodder Children's Books» и «Walker Books» была поистине вдохновляющей. Мои редакторы очень бережно относятся к тексту и никогда не указывают мне, о чем я должен написать следующую книгу. Они понимают меня и помогают мне расти над собой. Думаю, именно это и нужно писателю – чтобы его издатели и редакторы были понимающими и восприимчивыми к новым идеям. Они должны позволить автору высвободить лучшее, на что он способен.

Беседу вела Дарья Доцук
Фото автора

Автор благодарит Британский Совет, издательство «Самокат» и переводчика Ольгу Варшавер за помощь в организации интервью.

Редакция «Папмамбука» выражает благодарность Британскому Совету за возможность встретиться с Дэвидом Алмондом.

Еще одно интервью с Дэвидом Алмондом на нашем сайте

____________________________________

Книги Дэвида Алмонда, переведенные на русский язык:

Мальчик, который плавал с пираньями »
Меня зовут Мина »
Скеллиг »
Мой папа - птиц »
Небоглазка »
Глина »
Огнеглотатели »
Понравилось! 17
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.