Путь в Фантазию
19 апреля 2016 1339

«Бесконечная книга» Михаэля Энде для нас неожиданно началась с «Хоббита». Ира не на шутку увлеклась историей Бильбо, и ей, конечно, хотелось продолжения. Когда книги с «Властелином колец» достали с полки, дочь верно оценила свои силы: самой не одолеть. Но ты же, мама, мне прочитаешь?.. А мама внезапно сказала: «Нет. Пока нет». «Хоббит» ‒ достаточно безопасная сказка со счастливым концом, а единственное непоправимое – смерть Торина и его племянников – Ира сначала честно оплакала, а потом благополучно вытеснила, чтобы с упоением предаться игре: стать Бильбо, спасающим гномов. Из «Властелина колец» ей сейчас пришлось бы «вытеснить» практически все, поэтому я предложила Ире попробовать свои силы на других очень серьезных историях.

Начали листать, перебирать, рассматривать. «Бесконечная книга» отличалась от многих других книг тем, что вместо картинок в ней были затейливые буквицы в начале каждой главы и буквицы эти шли в алфавитном порядке. Мою начинающую читательницу эта «азбука» немедленно покорила, тем более что она сама уже составила немало азбук по сказочным героям, овощам-фруктам, животным, а тут ‒ целая азбука-сказка! (Заметка на полях: в пересказе Татьяны Набатниковой.)

Иллюстрации из книги

История захватила Иру сразу, но главному герою она пока только издалека сочувствовала. Бастиана было жалко: неуклюжий, толстый, дети его дразнят, учителя не любят. Вообще никто не любит. Мама умерла, отец после этого ушел в себя, отогреться негде. Все, что он умеет и любит, – это придумывать истории, но рассказывать их некому (единственную слушательницу отдали в школу-интернат), а у ровесников эта его страсть вызывает насмешки: чокнутый, ясное дело.

Когда Бастиан украл книгу из антикварной лавки, Ира испугалась, но события развивались очень быстро, расплата отодвинулась на неопределенный срок, интерес победил, ‒ и вот уже Бастиан сидит на чердаке школы, он спрятался от всех, и началась собственно сказка. Этот мир показался безопаснее и интереснее обоим: и Ира, и Бастиан явно предпочитали выдуманные опасности настоящим.

Мир Фантазии радовал непохожестью на обычную жизнь: невероятные существа и ландшафты, приключения и опасности. При этом действия развивались по «правильным» сказочным законам: страна в беде, ее правительница, Детская Королева, больна, вылечить ее никто не может, а с ее смертью Фантазия погибнет, нужно найти спасителя. Как только Королева указывает на избранного – мальчика Атрея, можно вздохнуть с облегчением: герой найден, осталось ему пройти длинный путь туда и обратно и всех спасти. Ира и Бастиан немедленно с Атреем идентифицировались и принялись в него играть. Более старший Бастиан (ему лет 10‒11), впрочем, тут же смутился и вернулся к книжке, а восьмилетняя Ира предалась игре наравне с чтением самозабвенно. По игре она была сестрой Атрея.

Тем временем, не ведая того, оба читателя попали в ловушку: по сюжету вся история с Великим поиском придумана для того, чтобы увлечь в Фантазию «дитя человеческое» – того, кто не принадлежит Фантазии и имеет над ней власть. Потому что все кто в ней, внутри, ничего кардинально изменить не могут.

У «Бесконечной книги», написанной в 1979 году, довольно мощная философская база: мир как текст, бесконечность и безграничность вымысла, власть сочинителя, мифотворчество – но это не теоретическая надстройка, а сама ткань произведения. Как и серьезное психологическое послание, заключенное в ключевой фразе книги: «Делай что хочешь». Герою приходится прожить разницу между «что хочу, то и ворочу», «делай, что вздумается» и «делай то, чего по-настоящему хочешь».

Итак, Фантазия, приключения Атрея – ловушка, в которую Детская королева ловит читателя Бастиана. Ира оказалась в той же ловушке, хотя от нее не требовалось в буквальном смысле войти в Фантазию. Бастиан испугался, когда выяснилось, что сказка открыта для него. Ира испугалась смешения сказки и жизни: это не по правилам, это опасно. Так не бывает. Не бывает? Ей уже встречались истории, где обычные современные герои оказываются в сказке. Например, в Королевстве кривых зеркал. Но оно не вызывало такого страха, там все было как будто бы само собой: прыг – и в сказке, и всех спасли, и по дороге Оля исправилась. А тут Бастиан не хочет, боится идти, но ему не дают просто закрыть книгу: он стал частью истории Фантазии, хочет он того или нет, он должен войти. Иначе персонажи так и будут бесконечно ходить по кругу, пока он его не разорвет, начав новую историю.

Этот страх тоже пережить удалось. Ведь Бастиан идет к Атрею и Детской королеве, теперь он тот, кто по-настоящему должен всех спасти. Кажется, назначен новый спаситель и начались новые приключения, но возвращения в безопасный сказочный мир хватает ненадолго: с Бастианом случается самая большая беда – он теряет самого себя, отдавая за сбывающиеся в Фантазии мечты воспоминания о себе-человеке и о человеческом мире. Он опустошается и попадает под власть злой колдуньи: пустым управлять легко. Он не подозревает о своей пустоте, он хочет быть не самим собой, а Благодетелем, которым восторгаются, и Повелителем, перед которым все преклоняются. Он не хочет возвращаться домой, где его никто не ждет.

Главный герой попал в беду – сколько прочитано сказок об этом? Но Бастиану нравится то, что с ним происходит, он отвергает помощь и наказывает за нее. Нет ничего, что облегчало бы участь читателя, что утешало бы и давало надежду, кроме «базовой веры» в сказки с хорошим концом. Буратино и Пиноккио бросаются навстречу опасностям и ужасным приключениям, делают кучу глупостей, но все это искупается добрым сердцем одного и желанием исправиться другого. Петер Мунк из «Холодного сердца» Гауфа творит много злых глупостей, но он отдал сердце Михелю Великану и потому ничего не чувствует, ему надо вернуть живое сердце. Есть надежда. На дружбу, доброту, любовь, бескорыстную помощь, на желание стать хорошим и порадовать других. А здесь ухватиться не за что, потому что Бастиан последовательно разрушает все эти опоры.

Для Иры это оказалось так страшно, что читать дальше не было сил. Она сбежала, понимая, что оставляет героя в беде. В самой большой беде из всех, что случились в книжке. Теперь уже не Бастиан – моя дочь была то самое «дитя человеческое», которое могло спасти героя, дойдя с ним до счастливого конца. Для этого нужно было дочитать, ‒ но вернуться к сказке было не проще, чем Бастиану по-настоящему в нее шагнуть.

Надежда на счастливый конец («Это же сказка?..»), жгучий интерес и время были союзниками Бастиана. Ира стала спрашивать, что было дальше, и мы очень медленно двинулись вперед: я пересказывала, мы разговаривали о героях и событиях, потом останавливались, чтобы через день Ира попросила рассказать еще и нарисовала новую серию рисунков по книге. И так пока Бастиан не понял, что с ним случилась беда. Стало легче, и дочь рискнула вернуться к самой книжке. Для начала попросила прочитать пропущенное, потом – дальше, дальше, не отрываясь, набирая скорость. До самого конца, до того момента, когда Бастиан отдает все дары Фантазии ради того, чтобы самим собой вернуться домой к отцу и принести ему живую воду.

Когда Бастиан принимает себя, он начинает меняться на самом деле, и это уже не сказочные подарки, а его собственная храбрость, его собственная решительность и открытость. Не волшебный принц, а всамделишный школьник теперь принимает решения и отвечает за свой выбор.

Играя в Фантазию, Ира продолжала выбирать роль сестры Атрея, но «Бесконечная книга» изменила круг чтения моей девочки. Не «Хоббит», заставивший ее оплакивать всерьез погибшего героя, а именно «Бесконечная книга» стала рубиконом, на другом берегу которого ее встретили «Остров сокровищ», «Пятнадцатилетний капитан», «Питер Пэн» (демуровский «Питер Пэн»)… Вот он, тот самый рост в сторону «Властелина колец», как ей и хотелось. А для меня важнее, что это был очень серьезный шаг на пути ее читательского взросления.

Дарья Маркова

Иллюстрация из книги

Понравилось! 8
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.