Увидеть мир глазами слепой собаки
28 сентября 2015 3324

Иногда я прихожу к своей старшей дочери Ане в класс в качестве «читающей мамы». Другие мамы проводят мастер-классы или приносят что-нибудь вкусненькое на всех, а я прихожу с книжкой. Однажды в конце второго класса мы читали и обсуждали рассказ Юрия Казакова.
Раньше мне казалось, что Казаков – исключительно взрослый писатель. Пронзительный, глубокий, точный, но взрослый. Хотя и есть у него рассказы о детях. Так и откладывала его книги «на потом», когда дети подрастут. Но случайно мне попался прекрасно изданный сборник «Арктур – гончий пес» с рисунками Николая Устинова, нашего любимого художника-иллюстратора. Стали читать вслух ‒ и были потрясены так, что решили еще раз почитать книгу в школе, для Аниных одноклассников.

Историю о жизни и смерти гончего пса Арктура не назовешь легким чтением. Арктур слеп от рождения, с самого детства он столкнулся с грубостью и жестокостью жизни, оказавшись ненужным даже собственной матери после того, как она его выкормила. Арктур стал вечно голодным бродягой, злым в драках с другими уличными псами. Страшно даже представить, как выглядела эта драка и сколько страданий она ему приносила. Благородное имя в честь звезды у него появилось не сразу ‒ так его назвал доктор, случайно подобравший побитого пса на улице и покормивший его. И охотничьим псом он стал тоже вроде бы совершенно случайно, оказавшись в лесу вместе с другом доктора, охотником. Лес потряс Арктура своими запахами и звуками, и в нем пробудилась его настоящая природа, страсть к охоте. Теперь он целыми днями пропадал там, каждый раз безошибочно находя дорогу домой. Но однажды он пропал в лесу навсегда…

Иллюстрация Николая Устинова к книге Юрия Казакова «Арктур-гончий пес»

Мы сели читать вокруг большого стола в библиотеке. Перед детьми лежали листы бумаги и карандаши – рисовать свои мысли и образы, возникающие по ходу чтения.

‒ Сегодня я принесла вам книжку о собаке. Скажите, у кого-нибудь из вас есть знакомая собака? Какая она? Что умеет, что любит? – говорю я и вижу, как дети оживляются, веселые искорки пробегают в глазах, руки тянутся по-школьному вверх – спросите меня, спросите! Через несколько минут я уже знаю по именам и породам всех собак и собачек, которые живут у ребят Аниного класса.

‒ Надо же, как всем вам повезло, у вас такие замечательные друзья! Давайте теперь знакомиться с еще одним псом, Его зовут Арктур. Рассказ о нем написал Юрий Павлович Казаков...

Начинаю читать медленно, ничего заранее не объясняя, будто и я впервые вижу этот рассказ. Мы должны быть на равных при вхождении в текст, хотя мне, конечно, труднее, приходится сдерживать себя, чтобы не пробивались дидактические нотки в голосе. Мы просто читаем, слушаем и ждем, когда накопившиеся переживания прорвутся восклицаниями и вопросами.

Время от времени смотрю на ребят ‒ все ли слова им понятны? Это по глазам обычно заметно, даже если кто-то и не решается спросить. Попадается несколько трудных слов из охотничьего и северного лексикона, и я коротко объясняю их по ходу чтения ‒ но главными сейчас мне кажутся не подробности охотничьего ремесла, а внимательное наблюдение за тем, как слепой пес принимает вызовы жизни, как он воспринимает мир, не видя его глазами. В этом очень помогает не только живописная манера письма Юрия Казакова, но и иллюстрации Николая Устинова. Дети откликаются, начинают тоже рисовать то, о чем слышат, и в результате возникает целая серия собачьих портретов и жанровых зарисовок.

«Ел он жадно, спешил и давился. Лоб и уши его были покрыты побелевшими рубцами».

‒ Это почему? – спрашиваю.

‒ Потому что он всегда был голодный! Потому что его били, это шрамы от ран!

Напряжение рассказа нарастает, лица детей постепенно меняются: становятся задумчивыми, затуманенными печалью и жалостью. Особенно, когда Арктура топчет и швыряет рогами разъяренный бык, да еще и пастух наподдает израненному псу кнутом, а он молчит, не скулит.

‒ А давайте попробуем представить себя на месте Арктура, – предлагаю я. – Каково ему было вот так жить, совсем ничего не видя?

Сейчас же находится несколько мальчишек, которые готовы честно закрыть глаза и ходить по библиотеке несколько минут, не подглядывая. Выбираем одного – главного классного задиру. Он движется медленно, неуверенно, выставив вперед руки, чтобы не наткнуться на острый угол стола или книжный шкаф. Будто совсем другой мальчик.

– Ну, как тебе?

– Плохо. Арктуру, наверное, было очень страшно.

– Жалко его, он такой беззащитный! – подключаются другие ребята.

– Ему очень трудно!

Ну наконец-то. Как хорошо, что кто-то это заметил, почувствовал и поделился и разговор может перейти в новую плоскость. Арктуру трудно, он не такой, как все прочие псы. Да ведь и у людей так бывает: кто-то слабее, неудачливее, страннее остальных. Как не хватает порой в обычной школьной суете такого же внимания друг к другу, понимания трудности жизни. Этот мальчик, эта девочка хуже учится, медленнее бегает – надо их поберечь, а не смеяться, не дразнить. Мне кажется важным отметить это небольшой репликой, не углубляясь в нравоучения. На фоне переживаний за симпатичного пса и одной такой фразы может оказаться достаточно.

– А ведь Арктур был лучшим охотничьим псом в городке, не зря его прозвали «царской собакой». Представляете, каково ему было гонять по лесу за лисами и зайцами?

– Так у него был хороший нюх, он узнавал все по запахам!

– Действительно, послушайте, как по-разному пахнет мир в рассказе, будто Юрий Казаков описывал его, вдыхая воздух собачьим носом: «В лесу стоял золотистый туман, кругом капало, звенело, булькало. Земля оголилась, сильно и резко пахла, и сколько было других запахов – осиновой коры, гниющего дерева, сырого листа, – всех их перебил сильный и резкий запах земли».

1 Иллюстрация Николая Устинова к книге Юрия Казакова «Арктур-гончий пес»

Похоже, детей это тоже удивило, хотя обычно они пропускают мимо ушей длинные картины природы, стремясь уследить за раскручивающимся сюжетом. Но здесь весь сюжет построен вокруг внутренней жизни пса, его переживаний, восторгов и неудач, поэтому моим слушателям приходится влезать в его шкуру, обращая внимание на запахи и звуки вокруг.

Можно, кстати, для отдыха от долгого чтения опять немного поиграть, перевоплотиться в Арктура: кто больше придумает звуков, доносящихся вечером с реки, или запахов осеннего (весеннего, летнего) леса? Так мы все больше и больше срастаемся с жизнью этого замечательного пса, переживаем за него уже как за знакомого, даже за друга. И тем неожиданнее и резче оказываются последние страницы, рассказывающие о гибели Арктура.

Может, и не надо читать такие грустные вещи маленьким детям с их лучезарным пока еще внутренним миром, с их невидением, неведением зла? Нет, думаю, все-таки надо. Острая жалость и нежность к псу, которые отражались на лицах девочек, восхищение его жаждой жизни, мужеством и совершенно человеческим чувством собственного достоинства, которое читалось в глазах некоторых мальчишек, – все это, мне кажется, станет хорошей почвой не только для возрастания детей в любви к животным, но и для развития добрых отношений в классе. Слишком часто, живя в своем уютном мирке, выстроенном любящими родителями и учителями, дети не замечают, как делают друг другу больно. И не потому, что они какие-то там особенно склонные к злу или избалованные. А скорее всего потому, что пока не привыкли воспринимать мир другими, не своими глазами. Мне кажется, эта трудная история бездомной собаки может помочь ребятам растить в себе способность к сопереживанию, чувствованию другого, хотя, конечно, это работа не на один день и не на одну книгу. Но начало положено.

Елена Литвяк

2 Иллюстрация Николая Устинова к книге Юрия Казакова «Арктур-гончий пес»

Понравилось! 23
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.