Вокруг книги
23 октября 2015 2232

У Ф.М. Достоевского в «Идиоте», в начале четвертой части, есть рассуждение про обычных людей, которые бывают «просто» и «поумнее». Читая, я себя узнала, отнесла к тем, кто «поумнее», и заревела. А еще часто раздражалась другим обычным и злилась на них.

В этом году со мной стала учиться девочка Даша: кругленькая, улыбчивая и, кажется, чуть-чуть «забитая». Даша была в слабых группах по всем предметам, писала коряво и с кучей ошибок, говорила только жаргонизмами (впрочем, не грубыми), любила смотреть сериалы и не любила читать. Большего я узнавать о ней не хотела ‒ Даша казалась мне глупой, маленькой и смешной. С этой Дашей мы оказались в одной группе во время летней экспедиции. У меня с собой как раз была книга «Моя мама любит художника».

Прочиталась она очень быстро, еще в автобусе, была теплой, но слишком «простой», и не оставила осадка. Сразу, по крайней мере. Я огорчилась, испугалась, но решила, что всё решится само, потом. Через некоторое время Даша пожаловалась мне, что ей одиноко и скучно, и я уговорила ее прочесть «Маму», потому что «она простая».

Наша группа называлась очень сложно: «Социокультурная психология и антропология». Мы жили в отдаленном бурятском селе и общались с местными жителями. У каждой пары должен был быть свой респондент. Самое сложное было – найти его, этого респондента, подойти и начать разговор. Почему-то лучше всего это получалось у Даши. Дашу в селе вскоре знали все: любили и отзывались как о «теплом» и заботливом человеке. В селе жили хорошие люди – чистые и светлые, как дети. Возможно, я говорю так, потому что сама общалась в основном с детьми и поняла две важные правды.

Первая: некоторые драгоценные и прекрасные мысли можно высказать только простым, корявым, детским языком с жаргонизмами и ошибками.

Вторая: хорошо не думать о себе. Хорошо быть для некоторых «идиотом» и «пустышкой», но заботиться и любить (да, это самое-самое важное) тех, кто рядом с тобой.

Даша вернула мне книгу через день после того, как взяла. Вернула неохотно, со слезами на глазах, обняла меня и долго благодарила. Сказала, что это самое светлое и самое близкое, что только может быть. Сказала, что теперь будет читать книги, чтобы среди них найти нечто похожее. Сказала, что я очень хорошая и что она благодарна мне за «Маму», очень-очень благодарна.

Я глупая и гордая, я Дашу полюбила не сразу. Даже не после возвращения книги. Я накричала на Дашу, сказала, что не верю в нее, а на самом деле я в себя не верила. Я не могда принять своей «обычности» в Даше. Мне всё казалось, что «заурядных», таких, как она или я, нельзя любить, потому что не за что. А Даша заботилась обо мне и любила, даже после того, как я накричала на нее. И Лина. Лина ‒ такая же! Лина такая же ‒ языком, такая же ‒ маленькими чудесами, такая же ‒ переживаниями и любовью, что самое, повторюсь, главное. И если Даша умеет любить, и если Лина умеет любить, то и я, конечно, смогу научиться.

Мы с Дашей сейчас дружим. Она хорошая. Мне потребовалось много времени (целых два месяца) для осознания произошедшего и прочитанного. Сейчас это набросок, я не рассказала того, что хотела рассказать, садясь ночью (почти утром) за ноутбук. Но я всё равно надеюсь и верю, что вы меня поймете.

Спасибо.

Софья Ларкина, 14 лет

Иллюстрация Евгении Двоскиной к книге Анастасии Малейко «Моя мама любит художника»

Еще о книге Анастасии Малейко «Моя мама любит художника» рассказала Ксения Полковникова в статье «Такая вкусная сказка...»

Понравилось! 20
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.