«Читать комикс – достаточно сложная задача»
5 марта 2015 3527

Петербургское издательство «Бумкнига» полностью специализируется на выпуске комиксов. Его создатель и директор Дмитрий Яковлев рассказал «Папмамбуку» о том, как менялись его собственные представления о жанре комикса, о серьезности «несерьезного» искусства и его важных социальных функциях, о том, как делаются комиксы и кто их читает, а также об уже изданных книгах и планах на будущее.

Обложки книг издательства «Бумкнига»

 Дмитрий, расскажите, пожалуйста, как вы открыли для себя комиксы?

«Голубые таблетки»– Я очень долго был уверен, что комиксы – это только истории про супергероев. Но двенадцать лет назад у нас с друзьями из Канады зашел разговор о комиксах. И они мне, что называется, открыли мир комиксов. Они показали, что помимо Супермена, Спайдермена и прочих супергероев есть и совсем другие, серьезные вещи. И чтобы больше понять, чтобы читать не только американские, но и франкоязычные комиксы, мне пришлось выучить французский язык. А лет десять назад я увидел в медиатеке Французского института в Петербурге книжку швейцарского автора Фредерика Питерса «Голубые таблетки» и просто обалдел. Эта книжка в корне отличалась от традиционного франко-бельгийского комикса. Они обычно большого формата, цветные, чаще всего это какой-то фикшн. А здесь я увидел небольшую черно-белую книжку, да еще на такую сложную тему как ВИЧ. И мне очень приятно, что мы издали ее на русском языке.

 Это серьезная недетская книга, а на какой возраст ориентированы другие издания «Бумкниги»?

– Я бы не сказал, что они ориентированы на взрослых людей. Просто в книгах, которые мы издаем, поднимаются несколько другие темы, нежели в традиционных комиксах, где люди привыкли видеть «бум-бах» и так далее. Все книги воспринимаются по-разному, всё зависит от уровня читателя. Например, «Голиафа» лет с двенадцати легко можно читать. Его автор Том Голд взял всем известный миф и сделал очень хорошую интерпретацию, рассказал о герое, о котором миф умалчивает, представил, кем бы мог быть Голиаф. «Голубые таблетки» мы условно обозначили «16+», но их можно читать и раньше. Все зависит опять же от уровня читателя. «Священную болезнь» Пьера-Франсуа Бошара (тема эпилепсии) читают двенадцатилетние подростки и вполне нормально реагируют. Так что мы ориентируемся на разный возраст.

«Голиаф»

Недавно мы выпустили большой графический роман «Фотограф», 30% которого занимают документальные фотографии. Это история о героической миссии «Врачей без границ» в Афганистане в 1986 году, как мне кажется, очень актуальная сегодня для нашей страны, да и для всего мира. Среди фотографий есть такие, которые могут шокировать неподготовленных людей, поэтому мы написали «18+».

«Фотограф»

На одной из презентаций «Фотографа» мы показывали документальный фильм, снятый Жульет Фурно, одной из главных героинь этого комикса. На показ пришли старшеклассники. И после окончания фильма они к нам подошли и сказали: «Огромное спасибо, мы про это ничего не знали, в школе вообще про это не рассказывают». Что говорит о том, что «Фотографа» вполне можно читать и в 16 лет. Просто нужно быть готовым к тому, что на войне действительно происходят странные вещи, страшные вещи и страдают не только те люди, которые прямо участвуют в военных действиях.

 Почему вы решили издавать комиксы на серьезные темы? Ни то, ни другое у нас не популярно: у нас не любят книги на серьезные темы, и у нас не особо читают комиксы.

– Это, наверное, личный интерес. В какой-то момент у меня появился интерес к комиксам, и я постепенно познакомился с самыми разными направлениями этого жанра, от фикшн до нон-фикшн. И я издаю именно те книжки и на те темы, которые мне самому интересны. Мне неинтересно про «бум-бах», а интересна тема взаимоотношений, тема взросления. В общем, меня интересуют настоящие истории про жизнь, вот и все.

 Комиксы о социальных проблемах хорошо расходятся?

– Тиражи у нас небольшие, до трех тысяч. Магазины комиксов регулярно дозаказывают «Священную болезнь» (несмотря на то, что книга была издана в 2011 году), на нее приходит множество отзывов от читателей. А «Голубые таблетки» вышли в сентябре тиражом в две тысячи, и больше чем полтиража уже разошлось.

 Какие из изданных вами комиксов пользуются наибольшей популярностью?

– Прежде всего, это «архивный» комикс Туве Янсон «Муми-тролль и конец света». Именно благодаря комиксам про Муми-троллей, в особенности тем, которые издают наши коллеги из издательства Zangavar, как мне кажется, наши читатели научились более лояльно относиться к комиксу. Эти книги изменили представление о комиксе и мнение о нем.

«Муми-тролль и конец света»

Вторая наша очень успешная книжка ‒ «Персеполис» Маржан Сатрапи. Это супербестселлер во всем мире, очень важный графический роман, наравне с «Маусом» Арта Шпигельмана. Мы только что напечатали второй тираж.

«Персеполис»

Но если говорить не о наших книгах, а о комиксах в целом, безусловно, большей популярностью пользуется традиционный американский комикс. Это в первую очередь комиксы, которые связаны с анимационными сериалами, например «Время приключений». Недавно вновь начала издаваться серия комиксов «Черепашки Ниндзя», пользующаяся дикой популярностью, потому что эти комиксы выходили в 90-х годах, и люди их помнят, есть огромное количество фанатов. Опять же, вышел фильм, прошла большая рекламная кампания, и люди покупают, потому что это, с одной стороны, известная вещь, а с другой стороны, есть какие-то живые воспоминания.

 Дмитрий, можно ли говорить о существовании русской школы комикса?

– Мне кажется, нет. Безусловно, есть школа иллюстрации, которая так или иначе оказывает влияние на современных графиков. Но существует одна большая проблема: у нас нет школы написания сценариев для комиксов. А без сценария комикс несостоятелен. И поэтому я могу сказать, что у нас нет школы комиксов.

 Значит, сценарист и художник комикса – это разные люди?

– Могут быть разные, может быть один, но я очень часто сталкиваюсь с тем, что отличные рисовальщики, художники, которым я предлагаю сделать комикс, просят найти им того, кто напишет историю. Интерес у людей рисующих есть, но есть и проблема с тем, чтобы рассказать историю.

 Тут, как в кино, необходима точная раскадровка?

– В идеале да. Сначала все-таки идет построение формы, а дальше уже текст. Нужно подготовить структуру, сюжет, понять, какой графический стиль ты используешь. Потому что так сходу нарисовать – это непросто. Особенно, если речь идет не о трех страницах, а о полноценной книге хотя бы в 60 страниц.

 Испанский художник Мигель Гаярдо сказал, что комикс – это идеальное средство для рассказывания историй. И есть истории, которые лучше всего рассказывать с помощью комикса. Согласны ли вы с этим утверждением?

– Я согласен с Мигелем, что это хорошая форма для начала разговора на какие-то серьезные темы. И это может привлечь аудиторию, которая никогда раньше не обращала внимания на данную тему. Опять же, если учитывать, что основная аудитория читателей комиксов – это молодежь. И я периодически получаю письма от читателей со словами: «Ваши “серьезные” комиксы – это здорово, я никогда не задумывался об этих вещах, не сталкивался с ними в литературе».

Но стоит учитывать, что, хотя книжки рисованные и в них вроде бы все так легко, читать комикс – это достаточно сложная задача. И если у тебя нет такого навыка, то в возрасте тридцати, скажем, лет будет сложно начать это делать. Мне нередко пишут взрослые люди: «Я никогда комиксов не читал, сейчас начинаю читать, но у меня все разбивается, читаю отдельно текст, потом рассматриваю картинки». А на самом деле при чтении комикса очень важно, чтобы два процесса совместились. И очень важно считывать то, что расположено между двумя кадрами в пустом промежутке. Поэтому, с одной стороны, комикс ‒ это вроде бы доступная форма, но, с другой стороны, не имея опыта чтения комикса, можно столкнуться с трудностями собственно чтения истории в таком формате.

 Значит, с помощью комикса можно оригинально, по-новому, рассказать абсолютно любую историю? Но ведь есть огромный риск все исказить, опошлить. Оправдан ли он?

– На самом деле, это то же самое, что и, например, экранизация. Экранизация может опошлить книгу, но один из десяти фильмов получится просто великолепный. Вот «Ибикус» или «Голиаф» – это, я считаю, шедевры такого подхода. Многие знают эти истории и знают, что случится в конце. Но самое главное, как именно автор рассказал эту известную историю.

 Как вы относитесь к комиксам по классическим школьным произведениям?

– Возможно, если эти комиксы хорошо сделаны, они в какой-то степени могут помочь освоить программу. Здесь «хорошо» – это очень субъективная оценка, потому что для одного человека это хорошо, а для другого – нет. Для подростка это может быть хорошо, потому что если он, допустим, фанат манги, то через этот стиль ему будет легче воспринять сложную тему или историю, и возможно, он потом захочет прочитать первоисточник. В профессиональном библиотечном сообществе активно пытаются использовать комикс именно как инструмент для привлечения молодежи к чтению серьезной литературы. Это используется, и, как мне кажется, это абсолютно нормально.

У нас в стране есть несколько государственных библиотек с коллекцией комиксов. В Москве, в Российской государственной библиотеке для молодежи есть Центр комиксов и визуальной культуры. Там достаточно большой фонд. В Петербурге два года назад на базе библиотеки имени Лермонтова была открыта библиотека комиксов (я в этом проекте тоже участвовал), там коллекция из двух тысяч книг на разных языках. И огромное количество людей приходят, читают прямо в библиотеке, берут комиксы домой. В Пензе есть такой же проект. Другие библиотеки тоже потихоньку закупают комиксы в свои фонды.

Но тут есть разные подходы, и разные задачи у всех стоят. Понятно, что у библиотек стоит задача привлечь аудиторию, особенно молодежную, которая сегодня редко ходит в библиотеки. А с другой стороны, если кто-то действительно ставит перед собой цель через комикс привести читателей к серьезной литературе, то почему бы и нет?

 Дмитрий, как вы считаете, стоит ли проводить жесткую границу между комиксами и традиционной литературой? Или разница между ними только в механизме чтения?

– Я считаю, что проводить границу не стоит. Но мне кажется, что она так или иначе будет всегда, особенно в нашей стране, где такие сильные литературные традиции. И эти литературные традиции во многом препятствуют тому, чтобы общество по-другому начало воспринимать комикс.

Поэтому, возможно, и используется активно такой термин как «графический роман». Одно дело, когда человек слышит слово «комикс», и совсем другие образы возникают при слове «роман». И это определение действительно вполне применимо, когда мы говорим о графической работе с сильной литературной составляющей и по форме больше относящейся к роману.

И за границей, и у нас неоднократно делали комиксы по серьезным произведениям. В «Бумкниге» вышла книга по небольшой повести Алексея Толстого «Похождения Невзорова, или Ибикус». Французской художник Паскаль Рабате из 80 страниц текста сделал 600-страничный графический роман. Это очень серьезное произведение. То есть художник настолько деликатно работал с текстом и настолько тонко туда внедрил еще немножко каких-то элементов из текстов других авторов того периода, из Булгакова и из «Романа с кокаином» Агеева, что получилась, я считаю, одна из лучших работ по переработке литературного текста в комикс.

«Ирбикус»

 Расскажите, как создавалось ваше издательство?

«Сарья кува»– В 2006 году мы с приятелями жили в коммунальной квартире на улице Глинки, в 37 секундах ходьбы от Мариинского театра, и все интересовались комиксами. На тот момент у нас уже был опыт организации выставок и различных мероприятий, связанных с комиксами. И мы решили, что пора делать в Петербурге фестиваль комиксов. После первого фестиваля стало понятно, что все здорово, публика интересуется, надо продолжать. Но книжек-то нет. И мы с приятелем решили сами печатать сборники. Пригласили нескольких знакомых авторов, собрали короткие истории и начали печатать черно-белый сборник под названием «Чепуха». Через год мы, помимо «Чепухи», начали потихонечку делать авторские книжки и приглашать иностранных авторов. Первой иностранной книжкой стал сборник современного финского комикса, вышедший в 2009 году. У нас же Финляндия рядом и там такая интересная жизнь идет вокруг комиксов! Мы сделали прекрасный сборник под названием «Сарья кува» (Sarjakuva) ‒ это финский термин для обозначения комикса.

В прошлом году мы сделали десять книжек, в этом году тоже. И надеюсь, что и дальше продолжим в том же режиме. Со следующего года планируем делать по три детских комикса. Может быть, и четыре, если все пойдет хорошо. Потому что у нас в стране не хватает хороших детских комиксов. Нас часто спрашивают, есть ли какие-нибудь серьезные комиксы для детей. То есть не «Черепашки Ниндзя» или «Время приключений». Просят для детей настоящие истории, про жизнь.

– Есть ли хорошие современные детские комиксы?

– Конечно есть! Мы собираемся выпустить книгу Жана Ренье и Эмиля Браво «Моя мама в Америке, она видела Буффало Билла» – культовый комикс, во Франции он даже входит в школьную программу, а переведен языков, наверное, на двадцать. Получил множество премий, в том числе одну литературную. Также мы собираемся делать серию комиксов «Ариоль» – это сериал из историй про отношения в школе, дома, на улице, первые влюбленности, поездки на каникулы к бабушке и дедушке. Такие настоящие детские истории. Они коротенькие, но поднимают очень важные, жизненные темы. Я думаю, что читатели легко смогут там узнать себя и своих друзей.

Вот хочется, хочется детских комиксов! На самом деле это связано с тем, что у меня самого растут дети, надо что-то для них сделать. Зачастую комикс становится первым самостоятельным чтением для ребенка: он разглядывает, считывает эту историю по картинкам. И очень часто дети начинают читать с комиксов. Я имею в виду мировую практику. И хотелось бы, чтобы они начинали читать с хороших комиксов.

Беседу вела Алёна Васнецова
Фото Галины Соловьевой

_________________________________

О книге «Поиск», выпущенной издательством «Бумкнига», читайте в статье «Нарисованный Освенцим».

Понравилось! 20
Дискуссия
Дискуссия еще не начата. Вы можете стать первым.